Революция

– Шмонать не дам, я при оружии и не скрываю этого, – я откинул полу жилетки, что была на мне, и показал рукоять.

– Давай сюда, – безапелляционным тоном проговорил верзила.

– С оружием не пущу, – смягчил тон охранник.

– Да мне плевать, это вашему человеку надо, а не мне. Я свой товар и так знаю. Всего хорошего, – хотел было уже развернуться и уйти, как почуял лапу, рукой это не назвать, на своём плече.

– Так не пойдёт! – улыбнулся верзила.

– Это ты меня ограбить хочешь и при этом, чтобы я ещё и ствол сдал? Дурак, что ли? – с этими словами я легко скинул его руку, уворачиваясь и делая шаг назад, готовясь вынуть ствол.

– Прекратите! Фёдор, пусти его, видишь, служивый человек, он наших порядков не знает, – новый голос с крыльца дома разрядил обстановку.

Подняв глаза, я разглядел старика, тощего, с жидкой бородёнкой и в очках с толстыми стёклами.

– Вам ничего не угрожает, пока не угрожают мне, – резюмировал я. – День добрый.

– И вам здравствовать, молодой человек, думаю, я могу поверить вам на слово, вы же офицер, слово – закон, ведь так? – при слове «офицер» верзила Фёдор как-то особенно осклабился.

– Бывший, нет больше офицеров, и я не кадровый, выслуга.

– Герой? На фронте получили? – Мне показалось, или в его голосе я услышал нотки уважения?

– Герой, не герой, но за спинами не прятался, и да, получил звание за заслуги.

– Не переживайте, я тоже бывший ротмистр, но, как видите, живой. Службу закончил совсем недавно, в японскую. Выгляжу старше из-за болезней, поэтому и вышел в отставку. Фёдор, не скрипи зубами, это не твой клиент! – И верзила мгновенно остыл ко мне и успокоился. – Проходите в дом, молодой человек.

В доме ожидал лишь бывший ротмистр и бородач, что и привёл меня сюда. Большая светлая комната, стол посредине, на окнах красивый светлый тюль, прямо шикарно, я бы сказал. Чистота вокруг, кинул взгляд на ноги бородача и хмыкнул, сидит с босыми ногами, видать ротмистр тот ещё чистюля. Я был в ботинках, поэтому слегка замешкался.

– Разувайтесь, молодой человек, такой у меня пунктик, не люблю грязь, с армии ещё. Слишком долго я жил в грязи, находясь в конюшнях и походах, поэтому в миру полюбил чистоту.

Я кивнул и, быстро скинув ботинки, прошёл к столу.

– Ну-с, показывайте, что там у вас?

Я вынул тряпицу и положил на стол. Тряпка была белоснежной, поэтому ротмистр-ювелир, ну а кто он ещё, спокойно пододвинул её к себе, не отрывая от стола, и начал разворачивать.

– Надеюсь, глупых вопросов о происхождении вещей не будет? – серьёзно спросил я.

– Мне это всё равно, это вам с этим жить, – так же твёрдо заметил ротмистр. – Великолепная вещица! – это он уже полностью развернул тряпицу и, взяв в руки лупу, осматривал колье.