Революция

Кредиторы были вынуждены так же бежать, и я осталась без работы, но жива и не под судом.

– Тяжело вам пришлось, – констатировал я, откровенно разглядывая женщину и забыв о своём занятии.

– Не тяжелее, чем мужчинам на фронте, – мягко оспорила она моё заключение.

– Квартиру давно сдаёте?

– Нет, вы второй постоялец. Жил один офицер у меня, всего несколько дней пробыл. Он примкнул к новой власти и вскоре отбыл на фронт… Господи, не хватало нам войны с германцами, так теперь сами с собой воюем! – она заломила руки и устремила взгляд в потолок.

– Это да, – кивнул я, шумно выдыхая. – Вы осуждаете нас, солдат, за наш выбор? Да, я тоже намерен вступить в Красную армию. Прежней жизни, увы, не будет, а жить надо. Страну нужно удержать, а бывшие наши соратники, организовавшие Белое движение, пошли на самое страшное, на сговор с бывшим врагом. Это недопустимо. Я целый год ждал, что всё это кончится, надеялся, что разум возобладает и люди одумаются, но когда ко мне самому пришли и хотели меня и моих близких убить… Я принял своё решение, каким бы оно ни казалось…

– Ни в коем случае не осуждаю ваш выбор, Николай Васильевич, – строго и чётко заявила хозяйка квартиры. – То, что старый режим прогнил насквозь, мне было понятно давно, ещё в период моего обучения за границей. В Германии всё то же самое, и как я думаю, им тоже предстоит пройти через революцию. Монархия изжила себя, будущее, как мне кажется, за республикой.

– Поживем – увидим, – риторически подытожил я.

– Ой, вода, наверное, уже кипит, – Наталья Ивановна выскочила за дверь, и с кухни донеслось громыхание крышки, сдёрнутой с ведра.

– Что же, – я посмотрел на часы и заодно завёл их, привычка заводить с вечера прижилась давно, – полчаса не так уж и долго, – проговорил я тихо себе под нос.

Помог женщине отнести и вылить новое ведро в ванну, вновь наполнил его холодной и опять поставил греть. Уголь пока есть, надо бы раздобыть ещё, пригодится.

– Николай Васильевич, может, вы будете обращаться ко мне по имени? – внезапно спросила женщина, и щеки её порозовели.

– С удовольствием, Наталья, – кивнул я.

– Вы бы шли в ванную, а то вода остынет, получится, что зря грели.

– Хорошо, вы сможете принести ведро, когда согреется?

– Конечно, сил у меня хватит, – улыбнулась хозяйка.

Я скидывал мундир, когда она, постучавшись, подала мне красивый махровый халат, со словами:

Раздевался я в комнате, накинул халат и прошёл в ванную. Вода была уже немного разбавлена, вполне можно садиться. В помещении вкусно пахло какой-то парфюмерией, а в самой ванне образовалась густая пена. Вон оно чего, как в лучших домах, надо полагать! В этой жизни такую ванну я ещё не принимал.

Скинув с себя халат, я погрузил свою пятую точку в бронзовую ванну.