Ревность волхвов

— Это вам, дорогуша, — напустилась на нее жена бухгалтера, — можно хоть всю жизнь напролет баклуши бить, а мы люди работающие!

— Валечка, все равно сейчас новогодние каникулы, — попытался урезонить свою половину Иннокентий, — вся страна отдыхает, и коттедж у нас проплачен до двенадцатого.

— Ни минуты!.. – с пафосом проговорила Валентина. — Ни минуты я не желаю больше оставаться в доме, в котором произошло убийство!

Настя опять заплакала: вернее, слезы тихо заструились из-под очков по ее щекам. Почувствовав, что подруга распереживалась, Горелова обняла ее за плечи и стала шептать в ухо что-то утешительное.

— Да, дурацкое положение! — воскликнул Саня. — И отдыхать никакого настроения нет, и дело действительно с места не двигается. Переводчик с финского на русский им нужен, подумать только!

Я вдруг вспомнил, как Родион говорил по-фински с каким-то чуваком в баре гостиницы в Оулу — однако вслух комментировать сей эпизод не стал, тем более что и Сыромятский помалкивал, что знает язык страны Суоми. К тому же кто знает, удовлетворит ли уровень родионовских знаний финских полицейских? Не придется ему, например, прежде чем переводить на допросах, предварительно сдавать экзамен или, скажем, учить наизусть «Калевалу»?

— Господа, у меня есть предложение, — вдруг вступила в разговор Женя. Голос ее прозвучал тихо, но отчетливо, поэтому все повернулись в ее сторону. Она временно перестала обнимать убитую горем подругу и с гримасой боли переменила положение больной ноги. — Среди нас находится без пяти минут дипломированный юрист, сотрудник столичного детективного агентства. Более того: нынешним летом этот человек уже раскрыл запутанное и весьма нашумевшее убийство — продюсера Брагина, если помните…

Я перевел взгляд на Лесю. Она вся зарозовелась и опустила очи долу. На лицах тех присутствующих — Светином, например, или Санькином, — кто знал о роде занятий девушки, читалось заинтересованное любопытство: а что дальше? Прочие глядели на Горелову удивленно и вопросительно: откуда, мол, среди нас частный детектив?

— Поэтому, — продолжила Евгения, — я предлагаю попросить этого человека расследовать убийство Вадима. Она русская, она наш товарищ, поэтому ей будет легче, чем финской полиции, очертить круг подозреваемых и отыскать следы, ведущие к постороннему преступнику…

Женя, употребив местоимение женского рода, обозначила пол сыщицы, и взоры тех, кто не знал, кто есть кто, устремились на Светку, Валентину, Стеллу — однако все чаще останавливались на зардевшейся Лесе.