Мой ревнивый муж

Все продолжал ходить по комнатам, вытирать пыль, раскладывать по местам вещи.

Однако к концу дня тоска одолела его окончательно.

Он больше физически не мог оставаться в доме, который теперь напоминал склеп его семейной жизни.

После того как рабочие вставили в кухонное окно новое стекло, он решил немного проветриться.

Наскоро выкупавшись, Максим схватил ключи от машины.

Замер в прихожей, решая, куда ехать.

Как и в многие вечера до этого, безумно захотелось рвануть к Полине. Но чего он этим добьется? Опять будет как последний дурак стоять возле машины у ее дома, в надежде, что именно сегодня она к нему выйдет?

Но она не выйдет.

Сколько это будет длиться? Так невыносимо. К тому же он обещал себе, что больше так делать не будет."

"В результате Максим поехал в супермаркет.

Купил еды, как и просил Виталик. Зачем-то даже прихватил любимый салат Полины, с курицей и ананасами, как будто кто-то ему подсказал: «Бери!». Хотя он понимал, что, скорее всего, выбросит контейнер. Он также купил немного посуды на первое время, чтобы было из чего есть.

Поездка помогла хоть немного остудить голову.

Вернулся домой, разложил продукты. В очередной раз проверил камеры, установленные у дома Полины.

Выругался.

Какой-то урод разбил фонарь у ее дома. Теперь двор погружен во тьму и непонятно, на что реагируют камеры. То ли кошка пробежит мимо, то ли человек? Ладно, есть ведь еще наружка.

В этот момент Максим услышал, как к дому подъехала какая-то машина.

Он не выглянул в окно, чтобы проверить, кто приехал, потому что ему было все равно.

Вскоре в прихожей раздался голос брата:

– Макс, встречай гостей.

Его аж перекосило от такой перспективы. Никаких гостей он в своем доме видеть не хотел. Не сегодня. Не в ближайшие месяцы.

Кое-как подавив желание всех послать, Максим вышел в гостиную, что соседствовала с прихожей, и увидел, как брат пропустил в комнату…

– Полина? – он не поверил своим глазам.

«А наружку-то я поставил хреновую…» – тут же подумал он.

Вот она, драгоценная, стоит перед ним, взгляд поднять боится. Вся какая-то встрепанная, глаза немного опухшие, будто плакала.

– Что случилось? – спросил он сдавленным голосом.

Тут заговорил Виталик:

– Возвращаюсь к тебе, вижу, идет по дороге твоя красота. Дай, думаю, подвезу. Полина хочет тебе что-то сказать. Правда, Полина?

Тут она подняла голову. Посмотрела сначала на Виталика, а потом наконец на Максима.

Взгляд затравленный. Почему?

– Говори, Поль, не стесняйся, – кивнул ей Виталик, подбадривая.

Жена сделала шаг в его сторону, чуть кашлянула и вдруг сказала дрожащим голосом:

– Макс, прости меня, пожалуйста!

Он уставился на нее с обалдевшим видом.

Настолько не ожидал такое услышать, что показалось – не может быть.

Глюк.