Мой ревнивый муж

 – Бросить моего брата, свинтить в другой город и скакать тут по койкам? Он же любит тебя! Считаешь, такая подлость сойдет тебе с рук?

– Я не скачу ни по каким койкам! – взвилась Полина. – И, если хочешь знать, у нас с Максом давно было не все гладко.

– Вы женаты год, о каком давно ты говоришь? – еще больше распалился он.

– За этот год много чего произошло, – шумно задышала Полина. – С Максом стало невозможно жить, ты не знаешь, что он делал. Он же следил за мной по минутам, он же…

– Это все меня не интересует, – снова перебил он ее. – Слушай внимательно, Поля. Отныне ты раздвигаешь свои красивые ноги исключительно для Макса. Если я узнаю, что в тебе побывал кто-то еще, откручу тебе голову. И я не шучу. Возьму тебя за подбородок и крутану…

Он сказал это с таким видом, что она невольно поверила. Показательно крутанул запястьем, как бы демонстрируя, что с ней сделает.

– Ты совсем больной? – пискнула она, находясь в полнейшем шоке.

Виталик на ее слова не обратил никакого внимания."

"Чуть помолчал, буравя ее взглядом. И заговорил решительным голосом:

– Ладно, гульнула один раз, бывает. Спишу эту дурость на твой юный возраст. Макс как-то переживет. Но больше ты гулять не будешь, ясно? Родишь моему брату детей, станешь хорошей женой.

Полине показалось, будто она попала в какой-то другой мир, где мнение женщины вообще никого не интересует. Виталика оно не интересовало явно.

– Мы разводимся! – выкрикнула она ему в лицо.

– Вы не разводитесь, – заявил он с пренебрежительной ухмылкой. – Вы миритесь, причем в срочном порядке. Так и быть, про твои приключения в Краснодаре я ему не скажу, не хочу, чтобы у него совсем снесло кукушку. Но ты возвращаешься со мной. Я привезу тебя к мужу, и ты будешь просить у него прощения. Искренне просить, хорошо, так, чтобы он поверил…

– Я не буду, – Полина замотала головой. – Я никуда не поеду!

– Еще как поедешь, если надо будет, и на колени встанешь перед мужем. Вы помиритесь, и ты сделаешь все, чтобы наладить отношения. Потом еще меня поблагодаришь за то, что не дал совершить несусветную дурость.

От такой перспективы Полину затрясло.

– Ты не можешь меня заставлять! Я не буду просить у него прощения, и мириться не буду…

Если раньше Полине казалось, что Виталик выглядит грозным, то это она, похоже, по-настоящему грозным его ни разу не видела.

Теперь он предстал перед ней таким.

Его лицо превратилось в грубую маску, в глазах заплескалось плохо скрываемое желание ее придушить.

Казалось, она злила его одним фактом существования.

Она даже икнула от страха, рассмотрев наконец, с кем тут пыталась спорить и кому доказывать свои права.

Он же животное! В триста раз хуже брата.