Мой ревнивый муж

Да и не было его! С твоей стороны так уж точно…

Максим поморщился, так ему было не по себе от ее слов.

Все же выдал свой главный аргумент:

– Поль, но ты же беременна, мы не можем вот так расстаться.

После этих его слов Полина замерла, закусила губу. Видимо, попал в больную точку. Но хоть так удалось до нее достучаться.

– Вдруг он мой? – спросил Максим с дрожью в голосе. – Я же дышать нормально не смогу, зная, что где-то там в Москве мой ребенок… Как ты будешь воспитывать его одна? Поехали домой, а? Поищем точки соприкосновения, как-то начнем по-человечески общаться. Я все свои ревнивые заморочки засуну в жопу, обещаю. Я прошу тебя, ради ребенка, поехали!"

"Полина вдруг накрыла рот ладонями, потом потерла щеки, видно, решая, что на это ответить.

– Я на все готов, – проговорил он с болью. – Только один шанс дай, большего не прошу!

И тут она выдала то, чего он никак не ожидал:

– Нет больше ребенка, Макс. Я его потеряла…

Она сказала это тихо, но смысл слов врезался в его мозг с оглушающим звоном.

Максим чуть не согнулся пополам от резкой, почти невыносимой боли.

Нет ребенка. Потеряла.

– Ты серьезно? – прохрипел он, почти ничего не соображая.

Полина кивнула, отвела взгляд.

Максим застыл, пораженный новостью.

Оглядел жену с ног до головы. Одета в свободные джинсы, куртку, безразмерную толстовку. Лицо худющее, щеки впали.

Разве так выглядит беременная женщина?

С тех пор, как она забеременела и началась вся эта свистопляска с разводом, прошло три месяца. Ее положение уже должно было как-то проявиться, но Полина показалась ему гораздо более худой, чем до беременности. Получается… Правда?

– Как потеряла? – прошептал он одними губами.

Эти слова будто наждачкой прошлись по его горлу, так больно было их произносить.

Максим успел привыкнуть к мысли, что у него будет ребенок.

Его не его… Давно понял, что ему без разницы чей. Главное – Полин. Максим ехал сюда с намерением во что бы то ни стало с ней помириться, на деле доказать, что может и хочет быть нормальным мужем, отцом. А теперь выходит, что некому быть этим самым отцом.

Полина ответила дрожащим голосом:

– Я сильно перенервничала, началось кровотечение и… В общем, нет больше ребенка.

При этом она посмотрела на него как-то странно, даже виновато. Будто это ее недогляд.

Но ей ли в этой ситуации чувствовать себя виноватой? Ведь, как ни крути, причина ее нервов – он.

– Звездец, – простонал он глухо.

И застыл, в очередной раз переживая ужас последних месяцев.

Вот он устраивает беременной девчонке разнос дома из-за каких-то писем. И это сразу по возвращении из больницы! Потом, будто этого мало, он выгоняет ее из дома. Преследует, прессует, вынуждает совершить побег.