Реверанс со скальпелем в руке (СИ)

Два дня… день… один вечер! Жак…? По рукам? – протянула я ему руку открытым мужским жестом. И широко улыбнулась, потому что…

С души вдруг рухнул камень!

Она пела и танцевала там внутри, трепыхалось что-то такое от восторга - необъяснимое, требуя выхода на волю! Последний раз в детстве так радовалась.

Я вспомнила про пенициллин!!! У меня будет лекарство от заразы! Получится вырастить его – сама здесь лишнего дня не останусь. А у меня получится.

- На мою голову… - шутливо простонал Дешам.

- Где-то я это уже слышала, - радостно трясла я его ладонь, - велите принести мои вещи, а мне дайте кусок парусины… мыло. А где взять воды?

Уже поздним вечером, оттершись жесткой ветошью с мылом до воспаленной кожи… Накормленная и с обрезанными до середины спины волосами… В одном из темных старушечьих платьев Маритт, белом фартуке до пят и такой же косынке по брови, я сидела возле костра вместе с Дешамом и Гаррелем - Жаком и Саином.

Когда мы ворошили палкой угли, сухие сучья уютно потрескивали, рассыпая искры… ветер совсем стих и зажглись звезды… От костра несло жаром, а спину по-ночному уже холодило .

Пока что он видел во мне это. Но только пока...

Следующее хирургическое вмешательство, которое потребуется, станет моим экзаменом. И я собиралась подготовиться к нему на все сто.

А пока мы говорили… Спорили и даже смеялись, злились и доказывали друг другу. Уставали от споров или с чем-то соглашались и затихали, зачарованные игрой переливающихся алым оттенков в угасающих углях… Помолчав, снова поднимали больные темы.

Гаррель тоже расслабился. В рубахе и жилете, без мундира, высокой шапки и парика, он казался старше… все-таки седой. Те две нашивки на его рукаве означали выслугу в полных двадцать лет, а сколько их еще сверху? Он смеялся вместе со мной, поддерживал в спорах меня, следил через костер за мной внимательными темными глазами. Не очарован – нет. Я просто понравилась. Вся, как есть – поведение, слова, улыбки… это чувствуешь – когда человек симпатизирует. Мне он тоже нравился. И упрямый Дешам.

Я уже знала, что уходить, прощаясь с ними, будет тяжело. Сейчас и здесь для меня появился первый якорь, цепь или канат… которым я добровольно притягивала себя к этой реальности - друзья. Насколько настоящие – посмотрим. Впереди еще экзамен по хирургии.

Или же они узнают... Сейчас еще не знали, это было понятно.

Или зададут правильный вопрос, не ответить прямо на который я не смогу. И отвечу.

А еще я когда-нибудь столкнусь нос к носу с офицером… и узнаю его по запаху духов. Что дальше – думать не хотелось… не сейчас.

Сейчас мне было хорошо и спокойно. Тело тяжелело, слипались глаза и тихо угасал костер, а вместе с ним и разговор о возбудителях инфекций.

Эйфория от вечера продолжалась недолго.