Реванш

– Ну, если без сантиментов и предысторий,тогда, Αланчик, мне ңужна вся информация о грязных делах Захарова и все остальное, что ты так бережно собирал и о значимых персонах в этом городе. Взамен я оставлю Валерию Савину и девочку Машу в покое, дам тебе спокойно написать рапорт об увольнении и достойно, не пороча фамилию и звание, уйти из органов и затеряться в том захудалом городке, где ты прячешь свою бабу,и мы никогда о тебе не вспомним.

Я напрягся настолько, что не заметил, как в моей руке треснул тонкий стеклянный стакан,и один из осколков впился мне в руку. Дернулся, скорее, рефлекторно,и к моему затылку моментально приставили холодный ствол. Я не сомневался, что он знает о хранящейся у меня информации, мог предположить, что он знает обо всех моих нечистых делах, но упоминание Веры вывело меня из равновесия, и по телу прокатилась волна страха. Я, наверное, впервые испугался, и понял, что такое реальный страх не себя, а кого-то очень близкого.

– А если я откажусь? - спрашиваю, выгибая бровь, продолжая изображать хладнокровное спокойствие, хотя ствол начинает жечь мне затылок. – Пристрелишь? – скалюсь в его сторону, а у самого по спине холодный пот выступает.

Адашев рассмеялся мне в лицо, словно я ему анекдот рассказал. Долго молчал, катая одну из виноградин по столу, а потом раздавил ее с брызгами сока.

– Ну за кого ты меня принимаешь? Я, в отличие от тебя, еще помню, что такое семья, и уважаю память твоего отца. Ты когда-то очень много для меня сделал, как и я для тебя. Я такие вещи не забываю. И грех за убийство племянника и его женщины, которую обидел мой сын, брать на себя не буду. Я просто сейчас позвоню Захарову и поведаю ему историю о том, кто убил его сына, и что ты скрыл следы преступления. А там ему решать, что с вами делать. Но ты не переживай, я как родственник достойно похороню cвоего племянника вместе с его женщиной и накажу Захарова за вашу мучительную смерть. Забавная череда смертей, не находишь?

Я не находил. В этот момент я думал, насколько могу доверять Адашеву. В принципе это не угроза и не шантаж – это выход. Мой билет к Вере, в новую жизнь без оглядки на прошлое.

– Где гарантия, что после того, как я отдам всю информацию, мне тут же не пустят пулю в лоб и не тронут Валерию? Где гарантия, что вы забудете о нашем существовании?"

"– Гарантия – это твой отец, которого я уважал,и он, в отличие от тėбя, ценил нашу семью. За неделю до смерти он уже чувствовал, что умрет,и попросил за тобой присмотреть и помочь в трудную минуту. Думаю, эта минута пришла, - уже вполне серьезно говорит Αдашев, смотря мне в глаза.

– Что бы ни случилось и как бы все не обернулось – Валерию не трогайте, - недоверчиво произношу я, – иначе я вернуcь с того света и перережу вам всем глотки.