Реквием по любви. Грехи отцов

Ноги задрожали, колени подкосились. Будучи не в силах удержать равновесия, Лиза неуклюже плюхнулась в воду. Даже не пытаясь подняться, вскинула голову, и устремила свой повлажневший взгляд на мужчину, мгновенно ринувшегося ей на помощь. На мужчину, которого быть тут попросту не могло. Ведь он… умер. Умер, защищая ее до последнего своего вдоха! Она вспомнила.

Все вспомнила! От того в груди зверски защемило. И веки ошпарило огнем.

- Даня? – проскулила Лиза, не веря своим глазам, но не торопясь хвататься за его протянутую ладонь. – Да… Данечка?

- Поднимайся! – недовольно проворчал Верещагин. – Застудишься еще!

«Это он! Это правда он!»

Она не поняла, как поднялась на ноги. Сама. Без посторонней помощи.

Но уже через секунду висела на шее у Дани, и шептала, орошая слезами его рубашку:

- Прости меня! ПРОСТИ! Я так виновата! Ты пострадал из-за меня…

- Ты ошибаешься, - прозвучало глухо. – И напрасно терзаешь себя.

- Ох, Даня! – судорожный всхлип. – Если бы только отмотать время вспять!

- И что изменилось бы?

- У тебя появился бы шанс!

Отстранив девушку от себя, Даня заботливо вытер слезы с ее щек.

- Нет, - произнес равнодушно. – Все было заранее… предопределено.

- Чт-то?

- Таков мой путь. Короткий, но яркий.

- Я не верю!

- Зря.

- Даня…

Верещагин пригвоздил Лизу к месту, положив руки ей на плечи.

Проникновенно вглядываясь в глаза, вкрадчиво пробормотал:

- Но все лишится смысла, если он не узнает!

- Кто, он?

- Мой брат.

- Матвей? – она шумно сглотнула. – А о чем он должен узнать?

- О том, что известно нам обоим. Тебе и мне. Расскажи ему! Напомни о…

Мужчина резко замолчал, вглядываясь вдаль. А после сообщил:

- Время вышло. Пора мне. Заждались меня.

- О чем ты говоришь?

Ничего не ответив, Верещагин окунулся в воду, и бодро поплыл к другому берегу. Лиза попыталась кинуться за ним, но словно на невидимый барьер налетела. Вновь плюхнувшись на пятую точку, пронзительно закричала:

- Вернись!

Да толку ноль. Он преодолел уже бОльшую часть пути. А потом, будто преследуя его, в реку вошли другие люди. Угрюмые, злые и неизвестно откуда взявшиеся. Люди, в которых Лиза сразу же признала ЛжеГарика и Шмеля. Едва они достигли глубины, вода в реке вдруг почернела. Забурлила, точно кипяток, напуская над долиной густой непроглядный туман. А когда он развеялся и снова засветило солнце, на противоположный берег вышел… только Даня. Судя по всему, его и правда поджидали. Ибо из дома к нему навстречу высыпала целая толпа. И чем пристальнее Лиза разглядывала присутствующих, тем больше знакомых лиц видела. Настоящий Пескарь одобрительно похлопал его по плечу. Лариса… та самая, Пашкина Лариса… смущенно улыбаясь, протянула ему белоснежное полотенце. Кто-то обнял. Кто-то поцеловал. Кто-то просто кивнул. Словом, его не приветствовал только ленивый.