Реквием по любви. Грехи отцов

Лишь самозабвенно бормотала:

- Все будет хорошо! Пусть не сейчас, но однажды!

- Едва ли, - угрюмо. – Я не тешу себя иллюзиями. Но… я готов. Справлюсь.

- Конечно, справишься! Ты ведь не один. У тебя есть мы!

- Ох, рыжая…

Их диалог закончился столь же неожиданно, как начался. Они простояли в обнимку еще несколько минут. Ровно до тех пор, пока Пашка не взял себя в руки. Его дыхание выровнялось. Бешенный стук сердца стал куда спокойнее.

Тогда Лиза отстранилась, и потянула мужчину за собой. К Андрею, который все еще продолжал «блаженствовать» на земле, старательно делая вид, что ничего не видел, и не слышал. Но стоило им подойти ближе, друг шустро принял сидячее положение. Дождавшись, когда и они удобно устроятся на мягкой траве рядом с ним, Гордеев обвел рукой окружающее пространство:

- Где мы хоть?

- Понятия не имею! – отмахнулся Соколовский.

- Какие у нас дальнейшие планы?

- Для начала, поставим в известность старших…

Павел полез в карман за телефоном, но грязно выругался, когда тот оказался у него в руках. Вода, намочившая его одежду, щедро намочила и смартфон.

В результате, гаджет завис со светящимся экраном, не реагируя вообще не на какие манипуляции. Не проронив ни звука, Андрей щедро предложил свой. Но вскоре Сокол вернул ему и его мобильник, глухо прокомментировав:

- Бесполезно. Здесь нет сети.

- Зашибись! – Гордеев вновь распластался на земле. – И что нам делать?

Никак не комментируя ситуацию, Лиза застонала, пряча лицо в ладонях.

«Сколько можно испытывать нас? – беззвучный крик. – Ну, сколько?»

Почти в ту же секунду Вселенная ответила ей… в лице Павла, который мгновенно перехватил ее правое запястье, и продемонстрировал Андрею.

Затем пояснил, поглаживая массивное кольцо на ее безымянном пальце:

- Теперь, только ждать. Рано или поздно, Борзый сам сюда заявится.

Лиза расплылась в улыбке, готовая в голос визжать от восторга.

«И правда! Как я могла о нем забыть? Дима отследит нас по маячку!»

Но радость ее длилась недолго. Стоило представить, что он не приедет, что с ним случится что-то ужасное, и тошнота подступала к горлу. Отгоняя от себя дурные мысли, она мысленно твердила, точно заведенная:

«Мы ничего не можем поделать! Паша прав. Остается только ждать…»

И они ждали. Покорно. Безропотно. Уже более трех часов. Болтая о всякой малозначительной ерунде, и делая вид, что все в полном порядке. Но солнце давно скрылось за горизонтом. На землю опускалась ночь. И чем темнее становилось вокруг, тем сильнее тревога овладевала сознанием Лизаветы. Впрочем, волновался каждый. Всеобщая нервозность так и витала в воздухе. Стараясь хоть немного разрядить обстановку, мужчины развели костер.