Конго Реквием

– Психиатр? В Лонтано?

– В клинике Стенли, да, его звали де Пернек. Мишель де Пернек. – Новый взрывной смешок. – Он знал все секреты белых!

Никогда не слышал этого имени. Новый кусочек пазла?

– Расскажите мне о Катрин.

Фуамба приложил стетоскоп к груди молодого парня, который потерял обе ноги. Обнаженный торс калеки, черный и мускулистый, мучительно контрастировал с двумя культями, перевязанными белыми бинтами. Склонившись над ним, доктор прослушивал сердечный ритм – инструмент казался сейчас единственным оружием в борьбе со смертью. Он выпрямился и улыбнулся солдату, чьи глаза горячечно блестели.

– Доктор, – продолжал настаивать Эрван, – пожалуйста… у нее была семья?

Фуамба ответил, словно самому себе, с сокрушенным видом:

– Кати… маленькая Француженка… Никакой семьи… Сирота…

Он распростер руки, указывая на палату и вновь обретая свою жизнерадостность:

– Вот ее друзья! Она проводила все время в диспансере… Только и знала что работу… Прррошу прррощения…

Он обогнул его и зашел в следующую палату. Еще больше народа, но только женщины и девочки. Эрван подумал о Муне и ее «центре помощи», который на самом деле был местом выздоравливания. Здесь же жертвы были изнасилованы совсем недавно.

Фуамба остановился перед девочкой, сидящей на кровати без простыни, скорчившись, закрыв голову руками. Она казалась крохой, плывущей на огромной железной шлюпке. Фуамба хотел было проверить ее повязку – у нее был бандаж между ног, – но отказался от своего намерения. Впервые его лицо исказила гримаса – Эрван спросил себя, как он выдерживает такое.

– Босс, – пробормотал Сальво, – пора идти: баржа сейчас отплывет.

Всего несколько минут на то, чтобы вырвать последние откровения.

– Кати… – повторил он, – она боялась Грегуара?

– Нет. Она говорила, что хочет его спасти… Я беспокоился. Я даже пошел повидаться с психиатром. В клинику для белых!

Он засмеялся, втянув голову в плечи, словно воспоминание было уморительным.

– Что он вам сказал?

– То же, что Грегуару: он знал, как его вылечить. Он даже утверждал, что знает причину его недуга.

– Дядя, – настойчиво вмешался Сальво, – мы опоздаем к отплытию!

– Постарайтесь припомнить, доктор, что именно вы сказали о Пернеке?

– Что он знал, почему Грегуар бил Кати… Он раскрыл его тайну… У него было на Грегуара досье…

Он снял марлевую повязку внизу живота больной, лежащей без сознания, – к счастью, зеленый клочок послужил ширмой, и Эрван не мог увидеть рану. У Фуамбы на губах по-прежнему блуждала улыбка, пока он внимательно рассматривал повреждение. Он и сам был похож на безумца.

– А что было в этом досье?

Фуамба, казалось, вспомнил о присутствии Эрвана. Он вытащил наконечники стетоскопа из ушей и повернулся к нему.