Мост через огненную реку

Да и нехорошо получается: он ведь здесь, в монастыре, пострадал, святыню от огня спасая…

– Ладно, скажу, – неохотно пробурчал монах. Вернулся он скоро, через несколько минут, с легким удивлением взглянул на Бейсингема.

– Отец настоятель примет тебя сейчас, – торжественно проговорил он. – Ступай за мной.

В темном коридоре Энтони вообще ничего не видел. Он шел, с трудом улавливая тихие шаги своего проводника, спотыкался и натыкался на стены, до тех пор, пока монах, раздосадованный, не взял его под руку. Дальше они пошли быстрее, потом хлопнула дверь, и послышался голос отца Максимилиана:

– Игнатий, проследи, чтобы нам не мешали. Этому человеку, по-видимому, есть в чем исповедоваться, раз он так настойчиво добивается свидания со мной.

Уже другая рука взяла Энтони под локоть, осторожно повела куда-то, и он, повинуясь несильному нажиму, покорно опустился на стул.

– Ну, а теперь, Дамиан, – голос настоятеля звучал совсем рядом, – я готов выслушать вас. Что случилось?

– Помогите мне руку развязать, святой отец, – выдохнул Энтони, безуспешно пытаясь одной рукой расстегнуть пуговицы мундира. – И дайте немного водки, если у вас есть, чтобы смыть эту боевую раскраску. А что происходит, я расскажу вам, пока буду этим заниматься… О, нет! Если нищие так целыми днями ходят, то потом, уж точно, ночей не спят… – простонал он, пытаясь растереть вконец онемевшую руку, пока отец Максимилиан наливал водку в небольшую чашку и доставал кусок мягкого холста.

– Позвольте уж, я уберу ваши рубцы и язвы – я сделаю это быстрее и точнее, чем вы. Не спешите, Дамиан. Какие бы срочные дела ни привели вас ко мне, несколько минут значения не имеют.

Голос настоятеля обволакивал, успокаивал, и Энтони послушался, откинулся на спинку стула, закрыл глаза… Когда он, вздрогнув, пробудился, настоятель уже убрал чашку с водкой и теперь сидел напротив, ожидая.

– Вы спали двадцать минут, Дамиан, – сказал он. – Я уже собрался вас будить. А теперь я готов вас выслушать. Что случилось? Вы попали в беду?

– Не я, святой отец, – от спокойного голоса священника Энтони и сам успокоился. – Мы все попали в беду…

– …Что вы намерены делать? У вас есть какой-нибудь план? – полчаса спустя спросил настоятель.

– Планов у меня сколько угодно, – вздохнул Бейсингем. – И все никуда не годятся. Потому что для того чтобы их выполнить, мне нужны помощники в городе и время. Помощников у меня нет, а времени – всего одна ночь. Не говоря уже о том, что если меня узнают, тут мне и конец придет…

– Вас никто не узнает, уж об этом-то я позабочусь. – Голос отца Максимилиана был по-прежнему спокоен, так что Энтони даже позавидовал монаху. Вот это выдержка! – Помощники тоже будут. Но для начала надо бы решить, что мы будем делать.