Господин Ректор

Вещи не долго думая аккуратно сунула под матрас, едва ли его в ближайшее время будут двигать. По крайней мере при обслуживании номеров матрасы чистят и меняют примерно раз в месяц. Если комнаты готовили к появлению вдов, а их явно готовили, то всё уже почистили и прямо сегодня если не будут специально обыскивать ничего не обнаружат.

Распустила волосы, на всякий случай, всё таки плетение кос у местных может тоже отличаться и решила выглянуть в окно на предмет небольшой разведки. Да и покрытую синяками спину тоже следует пока прикрыть. Синяки во всей красе еще не успели проявиться пока выдавая будущее местоположение гудящей красноватой припухлостью на лопатках, рёбрах и пояснице, а вот завтра я вероятно проснусь уже расписанная по полной программе.

Однако, внутренний дворик я успела разглядеть только мельком, потому как дверь за моей спиной с едва слышным присвистом открылась и в комнату вошла женщина-Шар.

Оглядела меня внимательно с ног до головы, особенно задержавшись на волосах и глазах.

Сказала что-то с вопросительной интонацией и не дождавшись от настороженно замершей меня никакого ответа чуть нахмурившись вышла.

А это, Кирочка, начало грядущих больших неприятностей.

— Карим-аглы, при всём уважении, но нет никаких доказательств, что вашего брата, да примут Великие Звёзды его в свои чертоги ласково, отравили. Кезир-углы был мужчиной в возрасте и мог страдать… — прерывая на полуслове уважаемого Аслан-барбека, главный чёрный евнух замер в дверях низко склонившись в поклоне.

Вместе с Первой Женой Дома главная Роза сада долго решали стоит ли донести до своего господина странности замеченные в нынешнем пополнении гарема.

Худощавая довольно высокая по местным меркам фигура хозяина, главного визиря Халифа-назир-абы, да светится имя его на звездных картах еще многие годы дабы познать все мудрости его правления Поднебесным Халифатом, Карима-ибн-Кезира-абу-Дардэ, прозванного за славные победы над врагами священного Халифа Свирепым Змеем, не сдвинулась с места.

Взгляд колдовских серебряных глаз по-прежнему был сосредоточен на чем-то за окном.

Вот он неторопливо поворачивает голову и не глядя проговорил размеренно и спокойно будто всё происходит так как он и задумывал. За извечно невозмутимый вид он и получил прозвище Змей.

— Приношу самые искренние извинения, уважаемый Аслан-барабек. Только что-то очень важное и срочное могло заставить моего слугу прервать нашу важную беседу. — показная расслабленность каждого движения при повороте, равнодушный взгляд на склоненную чёрную фигуру Розы. — Если ты обладаешь достаточным временем продолжим нашу беседу через некоторое, непродолжительное, время.