Господин Ректор

Всё в персиковых тонах, позолота повсюду, даже дверь в отдельную уборную отделана позолотой и персиковыми вкраплениями.

Миленько, конечно. Но жить в таких я бы не смогла, функционала никакого. Кровать квадратная устроена на подиуме из тех что лежат фактически на полу, шкаф огромный резной сжирает половину пространства своей вычурностью и габаритами, столик малюсенький на него едва ли вместиться хотя бы пара тарелок, стулья присесть страшно, женщина Шарик вряд ли вместит своё седалище в эту конструкцию, спинка у стульев сделана с прогибом на лопатки, «развалиться» на такой мебели и с удовольствием нахлебаться чаю с плюшками точно не получиться.

Впрочем, мне по большей части плевать. Мне до чая с плюшками еще как до Марконы — столицы нашей необъятной — пешком.

Служанка обошла меня и тихим голосом бессвязно что-то лепеча приоткрыла дверь в уборную. Ну а что еще тут может быть в этой конуре? Не смежные же хозяйские покои. Затем обошла меня, еще раз склонилась в поклоне и замерла, уставившись в пол. И вот что прикажете делать?

Кажется самое время подать голос. И лучше бы выпроводить её, чтобы не увидела, что на мне надето под этой хламидой. Да и спину бы осмотреть в ближайшем зеркале не помешало.

Так. Что там говорил, встречающий мужик, когда мы стояли в поклоне?

— Еалэ. — хриплым от долгого молчания и напряжения голосом сказала я.

Служанка выпрямилась, глядя на меня с удивлением. Плохо. Значит что-то я сделала не так. Если даже гаремная служанка не смогла сдержать эмоций. Хотя, может новенькая?

Я мотнула головой в сторону выхода и посторонилась от двери. Всем своим видом намекая, чтобы ей пора валить и оставить меня в одиночестве. В конце концов у меня муж умер, могу я быть убитой горем и неадекватной?

Слава Богине Матери, она меня поняла и еще раз коротко поклонившись вышла тихонько захлопнув дверь.

Молниеносно развернувшись осмотрела дверь на предмет запирающих механизмов. Естественно ничего не обнаружила. Ну конечно, так они и оставили мне личное пространство в полное распоряжение. Держи карман шире.

Обернулась к двери в уборную, единственная надежда умерла толком не родившись, дверь со всех сторон без замочков и даже крючочков.

От излишне стремительных телодвижений ханьфу на мне рассыпался и повис белой непропорционально свисающей с головы простынёй.

Вороватым движением стянула его с себя держась подальше от окон и скользнула в ванную.

Сейчас необходимо быстро избавиться от выдающей меня с головой одежды.

Быстрыми и чёткими движениями стянула с себя всё кроме короткой кружевной нательной маечки и кружевных же трусиков телесного цвета.

Чулочки тоже сняла от греха, а то местные жаркие девы вряд ли даже подозревают о существовании такой детали гардероба северных женщин.