Реки не замерзают

— Слабэньки нынче лесные

мужики, — шумно гукнула баба, — не то, что в прежние времена, вот тогда…

— Цыц, — оборвал леший, —

ответишь, когда спрошу, а сейчас без лишнего шороху за мной. Когда разрешу

пошуметь, пошумишь, а так — ни-ни.

— Заметано, — пообещала

баба и, икнув, начала сдуваться.

Худела она прямо-таки  на

глазах, видно не очень-то калорийная пища ей перепала. Леший с раздражением

оглядел ее пульсирующее тело, поправил пустую котомку за спиной и протянул

попутчице помело.

— Спрячь до времени, —

наказал строго, — пригодится еще.

— Сей момент, — баба ловко

скомкала летающий агрегат до размеров небольшого шарика и затолкала его себе за

щеку. — Сделано!

Они неспешно двинулись по

улице Леона Поземского, как обычные городские жители, изрядно обносившиеся и

общипанные нестроениями и претрудностями жизни. Даже безразмерный, шитый в

позапрошлом веке сарафан лесной бабы, не очень-то бросался в глаза на фоне

бомжеватых прикидов редких ночных прохожих. За светофором леший остановился и

задумчиво посмотрел на огромный, заросший лопухами и кустарником пустырь,

упирающийся в унылый железный ангар с надписью: «Разборка. Б/у запчасти».

— Здесь, кажись, раньше

Кузьма жил, — озадаченно почесал плешину леший, — аккуратный такой старик,

исполнительный. Каждый день ходил к сторожам футлярной фабрики и подсыпал им в

брагу сонного зелья. Да, сколько же я тут не был? Лет двадцать, поди? И куда же

все делось? Один бурьян.

Из темноты послышался шум и

какая-то возня, вслед за которыми из-за гигантского лопуха возникли две

скособоченные мужские фигуры. Бережно поддерживая друг друга, они с завидным

усердием волокли кучу мятого картона.  Леший посторонился и с удивлением

посмотрел на одежку одного из мужичков, очень похожую на его собственный

кафтан. Мужчины, явно приняв лесных гостей за своих, приветливо поздоровались и

продефилировали мимо. Впрочем, старуха, похоже, впала в аналогичную ошибку.

— Это из каких же будут? —

с сомнением спросила она. — Из домовых-доможилов или из дворовых?

— Это из пьющих часто и без

всякой меры, — ухмыльнулся леший, — Дура ты старая, неужели носом своим

аршинным не почуяла духа человечьего?

— Да не было там

человечьего, — попыталась оправдаться старуха, — подвалом только сильно разило,

ну, и сивухой.

— Подвалом пьяным разило,

верно, — согласился леший, — только с человечьей отдушинкой, слабоватой, не

спорю, но человечьей. Тут уж я не спутаю.

— А может это какой новый

вид? — попыталась вывернуться старуха. — Может скурвились домовые, да и с

людьми схлестнулись?

— Ай, да, ну, тебя, —

махнул рукой леший, — мелешь, что непоподя.