Дочь регента

Как приятно было видеть их вместе! И вот теперь все испортилось из-за этой модно одетой ледышки, леди Хертфорд!

Мария стала раздражительной. Это означало, что она серьезно подумывает о разрыве с принцем.

«Этого я не перенесу», — думала мисс Пайгот.

— Все пройдет, — пыталась она вразумить Марию. — Ну, еще очередная маленькая шалость... Боже мой, мы столько этого видели! Пора бы и привыкнуть.

Однако на сей раз увлечение принца нельзя было назвать «маленькой» шалостью. Оно продолжалось слишком долго, а ведь Мария уже сделала ему серьезное предупреждение, написав, что не потерпит такого обращения с собой."

"Но принц проигнорировал ее письмо, как игнорировал все, с чем ему не хотелось соглашаться. Он желал и впредь наносить приятные утренние визиты на улицу Стейн, болтать с Марией, играть с Минни, а по вечерам развлекаться в «Павильоне», где он ни на минуту не отходил от леди Хертфорд, а Мария лишь играла роль ее дуэньи — так хотелось добродетельной леди с ледяным сердцем.

Право же, принц хотел слишком многого. Никакому другому мужчине и в голову не пришло бы подвергнуть женщину, которую он некогда беззаветно любил, такому страшному унижению.

А кульминация близилась.

Мария вернулась с прогулки, на которую она ходила вместе с Минни. Перед ребенком она, конечно же, притворялась, что все прекрасно. Мисс Пайгот каждый день благодарила Бога за появление Минни.

«Потому что теперь, даже если они и расстанутся, — рассуждала верная подруга и компаньонка Марии, — у Марии есть Минни, и это большое утешение».

Мисс Пайгот начала подозревать, что Мария больше любит ребенка, чем принца. Да, ведь этот глупый мужчина не ценил ее преданности, а Минни была по-настоящему счастлива только рядом с Марией. Даже родную мать девочка, наверное, не любила бы больше Марии, и, вероятно, то, что когда-то они чуть не потеряли друг друга, научило их еще больше ценить эти отношения.

Минни пошла к себе, чтобы переодеться, а Мария отправилась в гостиную, намереваясь поговорить с мисс Пайгот, которую она увидела в окне, когда выходила с Минни из экипажа.

— Право же, — сказала мисс Пайгот, — Минни такая здоровая, крепкая девочка — прямо с картинки! Брайтонцы ее обожают. — Она с тревогой вгляделась в лицо Марии. — Впрочем, брайтонцы от многих без ума... В ваше отсутствие заходил принц Уэльский.

Мария холодно поджала губы.

«О Господи! — внутренне съежилась мисс Пайгот. — Неприятностей не избежать».

— Я полагаю, он был удивлен, не застав нас дома.

— Да, удивлен и обижен.

— Тут нечему удивляться.