Ребенок от лучшего друга

Поднимаю ее голову и прижимаюсь к губам. Жду очередной затрещины, истерики, возмущений.

Но рваный выдох Лельки дает понять, что ей тоже это нужно. А мне не то что нужно, мне это жизненно необходимо.

Прикусываю нижнюю губу и стискиваю крепче стройное тело. Чувствую, как колотится ее сердце. Пытаюсь нормально дышать, но не получается. Боюсь разрушить миг.

Она ерзает на моих коленях, аж до искр перед глазами. Не успеваю сообразить, что она делает, как Алена быстро меняет положение и уже седлает мои бедра.

Сама прижимается, а у меня башню рвет от ее близости.

Поцелуй с привкусом боли и обиды, но я ловлю каждый его гребаный миг. Мне плевать, что сейчас она прикусывает мою губу до боли. Я готов терпеть только ради того, чтобы ощущать, что ей не похрен.

И поцелуй этот рваный, еще больше срывает башню чем тот наш первый, перед ночью. Сейчас-то мы оба соображаем. И от этого намного кайфовее.

Легкие уже горят от нехватки воздуха, но я не тороплюсь отпускать ее.

Леля резко отрывается от меня, ее глаза расширяются от страха, и она пулей вылетает из салона, скрываясь в ближайших кустах, которые высажены живой изгородью возле клиники.

Какое-то время не могу понять, что произошло. Слышу ее надрывный кашель. На всякий случай хватаю бутылку воды с заднего сиденья и выхожу следом.

Леля стоит, согнувшись пополам, и с трудом дышит, вытирая рот тыльной стороной ладони.

– Видимо потерял навык поцелуя, если девушке стало плохо – пытаюсь отшутиться, – воды? – осторожно интересуюсь и вижу, как она вздрагивает.

– Макс, уйди, – мучительно стонет. – Вот уж точно не хочу, чтобы ты видел содержимое моего желудка.

Фыркаю и, игнорируя ее протесты, подхожу ближе, подаю бутылку. Алена делает большой глоток и выдыхает."

"Смачивает руку и прикладывает ко лбу, пытаясь восстановить дыхание.

– Ну, Кристя, – бурчит под нос, а я непонимающе смотрю на мелкую, – накаркала, блин.

– Вызываю разъяснительную бригаду, – подаю голос, и Леля снова вздрагивает, словно успев забыть, что я тут стою.

– Судя по всему, привет токсикоз, – мучительно произносит Аленка и плетется в сторону машины.

Приваливается к капоту и задирает голову к небу. А я просто смотрю на нее, чего-то жду. Сам не знаю чего.

– Спасибо тебе, – переводит взгляд на меня, бледная с немного размазавшейся тушью. – Кстати, откуда ты узнал где я?

Дергаю плечом.

– Кристя или папа, – делает логичный вывод.

– Ты почему на звонки не отвечала, Лель? – все же спрашиваю интересующий момент.

Сжимается и замирает.

– Я не уверена, что тебе все это важно, – шепотом, – я боюсь, что у нас ничего не получится.

Но мне кажется, что меня по башке огрели.

– Хочешь ты этого или нет, но я буду рядом, – с нарастающей злостью цежу сквозь зубы. – Я имею право на этого ребенка такое же, как и ты.