Ребенок (не) от бывшего мужа

— Перестань! Перестань говорить глупости! Ты была замечательной мамой, просто вырастила неблагодарных детей! Это все мы!

Мы с теткой проплакали не меньше часа, а затем своим плачем нас разбудила Мила, чем, впервые за все время моего возвращения, заставила нас рассмеяться.

— Это откуда у нас такая красавица взялась?

Нам потребовался целый день, чтобы наговориться по душам, выплакать все слезы и разложить все привезенные с собой вещи. Благо, что теперь дом, в котором раньше никто не помещался, теперь имел целых две пустые комнаты. Именно их мы с дочерью и заняли.

— Даже не знаю, как тебе на это ответить, теть, — усмехнулась я, тут же получая кухонным полотенцем по шее. — Ауч, — я рассмеялась, стоя у плиты.

На дворе уже был вечер, я жарила картошку с грибочками и лучком, а тетка мыла только собранные огурцы и помидоры. Все же, сад и огород – это было здорово. Когда все свое, натуральное, полезное и, самое главное, вкусное.

А какой в деревне был воздух! Это вам не душная столица с ее выхлопными глазами и вечными пробками, смогом и пылью!

— Где папка-то ее, я спрашиваю?

— Они все козлы, Аня. Я же тебя…

— Говорила, предупреждала, знаю. Но этот прям козел года, — нахмурилась я, выключая конфорку.

— Он – хозяин особняка, в котором я поехала работать.

Я невольно вспомнила родовое поместье Орловых. Огромный особняк с огромной территорией. И ведь это совсем небольшой кусок богатства, которое я просто успела увидеть.

— Это он тебя соблазнил, обрюхатил и бросил? Или же, чего еще хуже…

— Нет, тетя! Нет, что ты! — тут же перебила я родственницу.

Наконец, мы уселись за столом. Вообще-то, для ужина было поздновато, но мы весь день занимались сначала моими вещами, потом Милой, потом снова вещами, и снова Милой, поэтому сесть покушать получилось лишь после девяти.

— Макс, он… он совсем не такой… он…

Я призадумалась, пытаясь подобрать нужные эпитеты, которые бы в полной мере охарактеризовали моего избранника.

— Он эгоист. Для него существует только его собственное благополучие. Весь остальной мир – это массовка, которая должна исполнять его прихоти. Он использует людей на своем пути, а потом забывает о них на следующий же день.

— Он знает о ребенке?

— Отцовство признал?

— С трудом. И лишь на словах.

— Растить-то как думаешь? Сама справишься?

— Нет, ты не подумай ничего, я-то всегда помогу. Дом в твоем распоряжении, мне наоборот счастье возиться с новой жизнью, а то уж совсем от одиночества света белого не видела. Но ребенок, это, я тебе скажу, сложно. Не только деньги будут нужны. Много еще всего будет требовать девочка…

— Теть, на счет денег… он денег дал. Много. они у меня на карте так и лежат. Побоялась снимать и наличкой все вести, сама понимаешь.

— Да. Может пару соседских домов выкупить и еще останется.