Ребенок для Зверя

Лицо его при этом настолько расслабленное, умиртоворенное, что мне передается его спокойное состояние, и даже погружает в привычный для любой кормящей женщины легкий транс.

Поднимаю взгляд и натыкаюсь на жадно смотрящего на меня Азата.

Он сидит напротив, в кресле, облокотившись на колени, и не отрывает от меня внимательного взгляда.

И в этот момент мне настолько неловко и странно, что первое желание — отвернуться. Стыдно же… Смотрит…

Но потом сбрасываю это наваждение и неловко улыбаюсь.

Азат отвечает мне тяжелым, горячим взглядом, выдыхает, немного отклоняется назад, на спинку кресла, явно делая над собой усилие, чтоб расслабиться.

Мы не разговариваем, пока Адам ест, словно нечто сакральное происходит, удивительное… Тайное. Только для нас троих.

А затем это мгновение нарушается телефонным звонком.

Азат вздрагивает, хмурится, достает телефон, коротко рявкает в трубку:

— Да. Я помню. Да. Я же сказал, что буду. Все.

Потом нажимает отбой.

Смотрит на меня виновато.

— Тебе надо ехать, — говорю я.

— Да… Я ненадолго, сладкая. Скоро вернусь. Хорошо?

— Хорошо.

— Ты не убежишь?

— Нет.

— Дождись меня, ладно? Нам надо поговорить все же.

— Да, — эхом вторю ему, — надо…

Азат собирается, потом наклоняется поцеловать меня, гладит пальцами лоб Адама, сытого и довольного, чмокающего уже с гораздо меньшим энтузиазмом.

— Дождись, ладно?

— Да…

Азат уходит, я перекладываю Адама на кровать, переодеваю его, затем определяю в манежик.

После случившегося срыва состояние вялое и странное.

Понимаю, что надо в конце концов рассказать Азату про мое фиктивное замужество, и даже сегодня это лучше сделать, но каким образом все сказать, какие слова подобрать, не знаю.

Точно так же, как и не знаю, что нас ждет дальше.

После душа вяло делаю себе чай с молоком. И вижу, как вибрирует телефон.

Лаура.

Глава 46

— Нэй… Как у тебя дела?

Голос Лауры, тихий и какой-то безжизненный, заставляет забеспокоиться.

— Все хорошо… — осторожно отвечаю я, гадая, стоит ли рассказывать подруге о последствиях корпоративного мероприятия? И моем явно изменившемся семейном статусе? И стоит ли спрашивать ее о том, чем закончилась та сцена в туалете. Стоит ли вообще про это говорить?

Меня мгновенно начинают терзать муки совести за то, что за все это время не нашла минуты поговорить с Лэй.

Утром воскресенья, придя в себя после случившегося накануне, я ей набирала, но подруга не отвечала.

Я планировала позвонить попозже, но тут в моей жизни опять появился Азат, и все предсказуемо полетело в пропасть.

В итоге, я только сейчас вспоминаю, в каком положении оставила Лэй тем субботним вечером.

И теперь с тревогой вслушиваюсь в ее голос, мучаясь от сомнений и страха за нее.