Ребенок для Азата

Я не вернусь, Всевышний…

Он внимателен, по-своему нежен, он осторожен со мной, словно с хрупкой веткой, которую так легко сломать грубыми пальцами… И я гнусь в его руках, как эта ветка, отвечаю на каждый поцелуй, на каждое движение, становящиеся все сильнее, все острее, пока, наконец, не разбиваюсь все-таки.

Но это сладкая гибель, долгожданно отключающая сознание. В забытьи ощущаю, как Азат целует меня, ускоряясь и шепча бесконечные горячие слова на нашем родном языке. Они словно песнь древних поэтов звучат, ритмично и завораживающе, окончательно погружая меня в транс безвременья.

Спустя бесконечное количество тягучих минут, прихожу в себя, лежа на его груди, слушая мерный, тяжелый стук сердца, и понимаю, что не способна больше мыслить. Не способна думать ни о чем. Хочется закрыть глаза и просто побыть в этом мгновении, сладком мгновении моего падения. Моей маленькой гибели. И я эгоистично позволяю себе это.

— Поехали ко мне, сладкая, — шепчет Азат, перебирая мои короткие волосы в пальцах, — здесь тебе не место.

— Куда к тебе? — голос мой, мягкий и ленивый, так не похож на обычный, холодно-сдержанный, сама себе удивляюсь.

— В дом… Я же говорил, что купил тебе дом… В прошлый раз вез туда. Не довез.

Дом. Для меня и Адама. Он предлагал же.

Реальность обрушивается на мою бедную голову дикой, сметающей все сладкие мгновения, волной.

Я привстаю, ощущая неожиданно себя ужасно развратной, пошлой. Он же уверен, что я замужем. Что у меня все это время другой мужчина… И сейчас, когда так легко удалось уложить меня в кровать, только уверяется еще больше в этом!

И как мне теперь сказать ему, что я не замужем? Всевышний, а как мне про сына сказать???

И как он вообще может мне такое предлагать, замужней, по его мнению, женщине? Хотя, спать со мной он может, ничего ему не мешает… И мне, как выясняется, тоже…

— А что я буду делать в этом доме? — голос мой теряет мягкость, становясь привычно спокойным.

Я уже знаю, что он скажет. Но хочу послушать. Лишний раз ковырнуть все, чтоб запомнить и больше ничего подобного не совершать.

— Как что? — удивленно настораживается он, — жить… Или ты… — тут Азат садится, удерживая меня, уже трусливо отпрянувшую в сторону, за локоть, тянет на себя, — ты собираешься возвращаться… к мужу? После всего, что тут было?

Я замираю, не зная, что ответить.