Дропкат реальности, или магия блефа

Вассария лишь покачала головой на это. Хороши, что один, что второй. Стряхнув снег с шали, она озвучила давно мучивший ее вопрос:

– Что будем делать? Долго таким образом по лесам скитаться не получится, не сезон. Надо к людям выбираться… – и, вздохнув, присовокупила очевидное: – Но нас там наверняка ждут с распростертыми ножами. Есть идеи на сей счет?

Илас задумчиво посмотрел на небо, потом на копошащегося в зоне видимости Леша и невесело подытожил:

– Выбираться надо, как ни крути. Лучше всего выйти на восточный тракт, а по нему добраться в Армикополь.

Васса про себя согласилась с таким раскладом. Армикополь – город шумный, торговый, вольный. В таком легче будет затеряться… Да и избавиться от «довеска» в виде настойчивого парня, выполнявшего роль их эскорта, ловко свернув в подворотню, проще простого. Вот только входить в городские ворота вдвоем нельзя. Стражу уже наверняка предупредили. Пристать к торговому каравану? Возьмут ли попутчиков в дне пути от града? И не заложат ли потом первому же стражнику… Но выбора особо-то нет. Аналогичные мысли, похоже, посетили и Иласа, ибо мужчина решительно свернул дерюгу, за ночь успевшую нацеплять на себя снега чуть ли не в палец толщиной и стать оттого вовсе непродуваемой и непомерно тяжелой.

Не сговариваясь, беглецы молча оседлали лошадей и двинулись в направлении лихоставского пути, как в народе называли восточный тракт по причине недоброй славы, что змеиным хвостом тянулась из лесной чащи, по которой проходила дорога.

Шуршание остей рогоза и жухлой осоки, причиною которой был Леш, стало своеобразным аккомпанементом на протяжении всего дневного перехода. Данное обстоятельство неимоверно нервировало Вассу, Илас же забавлялся, а лошади флегматично пофыркивали, не видя угрозы в копошащемся неподалеку провожатом. К излому по-зимнему холодного дня путники выбрались из болотистой низины, но пришпорить коней, пуская в галоп, чтобы оторваться от пацана, им не удалось.

Тракт вынырнул перед наездниками неожиданно, словно грабитель из подворотни в полуночном нижнем городе. Застывшая грязь напополам с первым снегом в колеях делала дорогу настолько ухабистой, что нужно было иметь немало смелости (считай дурости), проехать по такому пути на телеге: оси, ободья, да даже шлея с чересседельным подбрюшником редко выдерживают издевательства стольких колдобин.

Однако смельчаки, а может, просто отчаявшиеся, кому нечего терять или же, наоборот, жадные до призрачной наживы, находились. О чем свидетельствовали следы от колес, что пьяными змеями тянулись вдоль всей дороги.

– Проезжали восемь повозок. По заре. Шесть изрядно груженых, две кибитки налегке. Обе в сторону Армикополя с разницей в свечу от силы.