Чувство реальности

"

"– Евгений Николаевич, вы, наверное, успели утомиться от общения с вашей доблестной милицией? – Ловуд сочувственно вздохнул и прикоснулся к плечу Рязанцева. – Беседы, допросы… И все напрасно. Измотают нервы и отнимут кучу времени, в итоге никого не найдут. А найдут, так не сумеют ничего доказать.

– А вы откуда знаете? У вас есть опыт? – огрызнулся Рязанцев.

– К счастью нет, – Ловуд рассмеялся, почти натурально, – зато у меня богатое воображение. Любопытно, у них уже имеются какие-нибудь версии? Они нашли оружие? Кого они подозревают?

«Вот почему ты здесь торчишь, – заметила про себя Маша, – любопытно тебе. Просто любопытно, и все».

– Как раз сейчас меня ждет майор милиции, и мы с ним будем беседовать о версиях, – холодно сообщил Рязанцев, – всего доброго, мистер Ловуд.

– До свидания, господин Рязанцев, до свидания, мисс Григ. Завтра вечером мы с вами ужинаем, вы помните? Надеюсь, вы не возражаете, Евгений Николаевич?

– Нет! – рявкнул Рязанцев и захлопнул дверцу машины.

…Ехали молча. В машине тихо играла музыка. Маша задремала. Рязанцев ее не беспокоил, он как будто вообще забыл о ней. Ей хотелось поесть чего-нибудь горячего и лечь спать. В последний раз она перекусила в подвальном буфете Госдумы, в компании Феликса Нечаева.

Спрашивается, зачем она понадобилась Рязанцеву именно сегодня вечером? У него дома сидит майор милиции. Вряд ли этому майору захочется беседовать об убийстве в присутствии какой-то незнакомой американки. Ее наверняка попросят выйти. Она будет сидеть где-нибудь в соседней комнате и ждать, пока они закончат беседу. Когда в итоге она попадет в свою кроваво-красную конуру? А там постельное белье воняет плесенью и нельзя принять нормальный душ. Оказывается, у человека значительно больше сил, если утром и вечером он может принять полноценный горячий душ. Но такие вещи начинаешь понимать и ценить, только когда их лишаешься.

– Мэри, вы что, спите? – донесся до нее хриплый удивленный голос.

– А? Да, извините, я задремала.

– Это вы меня извините. Я, наверное, должен был дать вам отдохнуть после перелета. Но дело в том, что у меня дома действительно сидит этот майор, и мне будет сложно беседовать с ним наедине, – он говорил по-английски, не отрывая взгляда от дороги, – возможно, со стороны это выглядит странно. Вы совершенно чужой человек, только сегодня прилетели. Но я не привык быть один. Как это ни смешно, когда я один, чувствую себя беззащитным, как будто я голый среди одетых. Вам это, наверное, непонятно.

«Почему, вполне понятно, – подумала Маша, – ты партийный лидер, деспот, потенциальный диктатор. Знаешь, как называлась одна из моих курсовых работ по психологии? «Деспотизм как осевое проявление эмоционального инфантилизма». Для тебя главный кайф в жизни – власть.