Разводимся! Моя на тридцать дней

- Звучит многообещающе, - ухмыляется, берет меня под бедра и усаживает на столешницу, предварительно смахнув с нее все лишнее.

- Говори, что натворил, - прищуриваюсь.

- Прости за вчерашнее, - произносит Мэт серьезно. – Я нашел шампанское в холодильнике. Это был сюрприз?

- Романтический ужин, - бурчу, двигаясь назад.

- Я должен как-то реабилитироваться. Поэтому приглашаю тебя вечером на свидание.

Опираюсь на руку и, не заметив, опрокидываю емкость с сахарной пудрой. Белая сладкая пыль рассыпается по поверхности столешницы, взметается вверх клубами, пачкает мне пижаму.

- Опять в твой ресторан? – продолжаю разговор, будто ничего не случилось. И это не я устроила пудровый мини-взрыв на кухне.

Упираюсь ладонью в грудь Мэта, оставляю след от пятерни на темном хлопке. Ойкаю, но руку не убираю. Веду ниже, рисуя кривые узоры сахаром.

- Не-ет уж, - вздыхает муж. - Для меня это место работы. Да и лишних глаз много, - окунув ладонь в горку пудры, поднимает ее к моему лицу. Мажет липким порошком. - Найдем местечко поукромнее.

Проводит пальцами по щеке к шее, очерчивает ключицы, спускается к груди, нагло сжимает. Повторяет проложенный путь губами, слизывая сахар с покрытой мурашками кожи.

- Кстати, о лишних глазах, - отклоняюсь от жалящих, голодных поцелуев. - Я не знала, что у тебя новый администратор, - ловлю затуманенный похотью взгляд, устанавливаю цепкий зрительный контакт. - А Миша где?

- Уволен, - на миг в его спокойных голубых глазах вспыхивает недобрый огонь. И тут же гаснет. - Светлана хороший специалист.

- В чем? – фыркаю обиженно.

- Ты ревнуешь? – Мэт мгновенно улавливает намек.

- Нет, просто… - теряюсь и малодушно позволяю ему опять поцеловать себя. - Она так общалась с Ниной Евгеньевной, будто они родные и знают друг друга давно."

"- Всего лишь пыталась выслужиться перед матерью шефа, - качает головой, смотрит на меня снисходительно, как на глупышку, и щелкает по носу, оставляя на кончике белый след. - Я сделаю Свете еще один выговор, раз тебе показалось, что она вела себя панибратски.

- Со мной она была гораздо холоднее и сдержаннее, хотя я вроде бы тоже не чужой человек боссу, - выгибаю бровь и вздергиваю подбородок. – Или как?

- Так у тебя на лбу написано «Не влезай. Убьет!» - смеется Мэт, прижимаясь ко мне вплотную.

Обвиваю ножками его талию, обнимаю крепче. Становлюсь слабой и безвольной рядом с ним. В моменты близости я готова простить ему все. Даже если он сейчас скажет, что убил кого-то, я лишь пожму плечами. Поцелую его, а потом помогу спрятать труп.

- Ты же влез, - шепчу ему в губы.

- И готов повторять это снова и снова, - произносит тихо, лаская мой рот горячим дыханием.

- Бессмертный? – поглаживаю его грубые щеки, царапаю ноготками слабую щетину.

- Влюбленный, - рокочет и целует меня.