Развод. Вторая жизнь для попаданки (СИ)

Я торопился.

Барон закричал мне вслед, начал что-то выкрикивать — про нарушения, про то, что я ещё пожалею, про «ответные меры».

Но, кажется, его уже никто не слушал."

"Все — и мой адъютант, и лекарь, и законник — устремились следом за мной. Я преодолел расстояние в несколько десятков шагов за секунды, распахнул неплотно прикрытую дверь, влетел внутрь.

И тут… сверху, с лестницы, донёсся её голос.

Крик. Надрывный, срывающийся.

Меня накрыло. Будто сорвало крышу. Рванул вперёд. Всё слилось в одно: удар сердца, сжатые кулаки, ревущий в голове дракон и холодный страх, острым осколком в горле.

Я ворвался на второй этаж.

Дверь в спальню была распахнута. А когда оказался в спальне понял, что чутье не подвело.

В дальнем конце комнаты Элеонору силой тянули в тайный проход. Проход был скрыт за шкафом, его сдвинули, открыв тёмную шахту вниз. Один из людей барона обхватил её за плечи, другой держал за талию, но она не могла даже сопротивляться.

Глаза её были полны ужаса. Но тело не слушалось, будто всё ещё под действием зелья.

— Отпусти её! — голос мой взорвал комнату, будто гром. — Сейчас же!

Они замерли. Один попытался заслонить женщину, второй дёрнулся было к мечу, но я был уже рядом. Удар — и первый рухнул, второй полетел назад от жестокого удара локтем.

Я подхватил Элеонору, прижал к себе. Она дрожала такая испуганная. И в этих глазах я увидел не только ужас, но и облегчение.

— Тсс… я здесь. Всё хорошо.

Я смотрел только на неё. На Элеонору. Держал её крепко, чувствовал, как её дыхание постепенно выравнивается, как сердце бьётся всё спокойнее.

— Ты в безопасности. Обещаю.

Но она только смотрела на меня. Молчала. А потом — из моих объятий её осторожно вытащил лекарь.

Пока Сигниус сдерживал барона, тот кричал, как одержимый.

— Заткнись, Крейст! Иначе я вырву тебе язык!

— Ты не имеешь права забирать у меня Элеонору! — взвыл барон, окончательно теряя лицо.

Мы перешли на «ты» — без церемоний, без масок. Всё приличие исчезло в тот момент, как он посмел поднять руку на неё.

Лекарь аккуратно уложил Элеонору на кровать. Снял перчатки, провёл над её телом диагностический амулет. Магический свет скользнул по её коже, проникая глубже, и я молча наблюдал за этим, едва сдерживая ярость.

Лекарь задавал вопросы, но Элеонора не отвечала. Глаза двигались, взгляд плавал, по щеке текли слёзы. Она была здесь… но как будто и нет. Опустошённая. Сломленная. Только дыхание выдавало, что она жива. И как только смогла закричать. Видимо, это все, что она смогла сделать и теперь у нее вообще ни на что не было сил.

Я был готов разорвать ублюдка только за то, что он довёл её до такого состояния.

— Что тут происходит, любимый? — раздался визгливый голос новой супруги барона.

Я обернулся.