Развод в 50. Я научусь тебя (не) любить

Что это? Наваждение, любовь или больная зависимость?

Иногда я напоминаю себе героиновую наркоманку, которая не может жить без дозы.

Тело знобит после ночи без сна, ноги не слушаются, и я кое-как дохожу до коридора, чтобы встретить Диму, который где-то пропадал целые сутки, не отвечая на мои звонки.

Хочу, чтобы он обнял меня, сказал, что все будет хорошо и все наши проблемы решаемы. Что мы обязательно справимся и развод моих родителей из-за папиной связи с его сестрой никак не повлияет на наши чувства.

Но Дима смотрит на меня зло, с еле прикрытой ненавистью, и мне от его взгляда вдруг становится страшно.

Как будто у него случилось что-то ужасное, и в этом виновата я.

– Решал проблемы своей сестры, – выплевывает он, – Которые ей создал твой папаша.

Как только я узнала, кем на самом деле является Мила, думала, что умру. В ту ночь, после разговора с мамой, меня охватили и злость, и страх, и стыд.

Злость на себя, что оказалась настолько доверчивой.

Страх, что нашим только-только зарождающимся отношениям с Димой пришел конец, потому что мы не можем быть вместе.

А еще жгучий стыд, потому что я не могла вот так, по щелчку пальцев, разлюбить этого человека.

И тогда Дима предложил простое решение – ни я, ни он не несем ответственность за своих родных. Мы такие же жертвы обстоятельства. Мы не будем принимать ничью сторону.

И я старалась не принимать.

– О чем ты? – делаю вид, что не понимаю его.

Я точно не знаю, какие сейчас отношения у папы с Милой, но, судя по скандалу в ресторане в мамин юбилей, мой отец вряд ли живет со своей любовницей.

– О том, – с кривой ухмылкой отвечает Дима, – Что Кирилл выставил мою сестру на улицу и забрал у нее сына. Как это понимать, Ульяна? А?! – надвигается на меня мужчина, повышая голос с каждым вопросом, – И ты еще спрашиваешь, где я был?

Забрал сына?!

Вопросительно смотрю на Диму, шокированная этой новостью.

– Что? Удивлена? – с издевкой продолжает он, – А я вот нисколько не удивлен, и все из-за твоей мамаши.

– Причем тут мама? – в моем голосе смешались и страх из-за грубого поведения Димы, и обида за свою маму.

Она никогда бы не стала просить отца о таком. Уверена, она брезгует и Милой, и этим ребенком."

"– Ладно, малыш, – вдруг как-то устало выдыхает мужчина, резко меняя свой тон с враждебного на примирительный, – Я просто помогал Миле с переездом и выслушивал ее нытье про твоего отца.

– Дим, я…

Психика не понимает, как реагировать. Секунду назад мужчина грозно надвигался на меня, заставляя мое нутро сжиматься от страха, а теперь он вновь ласковый и нежный.

– Помню-помню, – он подходит вплотную и обнимает меня, – Мы договорились не вмешивать в наши отношения твоих родителей и мою сестру.

– Да, – киваю, не чувствуя никакого облегчения.