Развод в 50. Я научусь тебя (не) любить

«Я тоже люблю тебя», – мысленно отвечаю ему, но вслух сказать это не могу.

Он не заслужил.

Глупо бить себя в грудь и лукавить, рассуждая, как я ненавижу и терпеть не могу Кирилла.

Это не так."

"Любовь не выветривается из сердца за пару часов. И даже после измены можно продолжать любить предателя.

Только вот эта любовь другая. Отравляющая, заставляющая чувствовать фантомное счастье и постоянно прокручивать в голове моменты, когда все было хорошо, а потом резко вспоминать тот день, когда все стало плохо.

– Просто оставь меня в покое, – практически умоляю его.

И я имею в виду не сейчас оставить в покое, а вообще. Как там говорят – время лечит?

Вдруг если мы не будем видеться, то я смогу побороть любовь внутри себя?

Или я просто обманываюсь?

– Не могу.

– Ты не понимаешь, что делаешь только хуже?

Кирилл все же подходит вплотную и прижимается ко мне. И вот мы оба в отражении оконного стекла. Стоим и смотрим то ли на озеро, то ли друг на друга.

– Знаю, – неожиданно признается мужчина, – Я пытаюсь все склеить и исправить, а не получается. Все только сильнее ломается, и конца этому нет.

Непривычно слышать такое от Кирилла. Обычно он скуп на откровения, но сейчас как будто отчаянно хочется выговориться.

– Ты все спрашивала меня, – продолжает муж, – Почему я изменил тогда, почему скрыл Милу и ребенка. Я…, – на секунду теряется он. Вижу, что пытается подобрать слова, чтобы не обидеть, – Я не планировал измену. Даже не думал об этом. Но дома… Становилось невыносимо. Как будто я стал раздражать тебя. Ты закрывалась, отталкивала…

– То есть это я виновата? – ухмыляюсь и замечаю через свое отражение в окне гримасу боли на лице.

– Нет, – мотает головой муж, – Во всем виноват только я и только я буду до конца жизни нести ответственность за то, что натворил.

– Это был просто кризис, Кирилл, – с горечью отмечаю, – Кризис брака, кризис возраста. Я не разлюбила тебя тогда. Я пыталась СЕБЯ по частям собрать, справляясь со всем этим. А ты…

– Я струсил, когда понял, что могу потерять тебя. В ту же секунду, как все случилось с Милой, я понял весь ужас произошедшего.

– И как долго ты собирался скрывать? Если бы Мила тогда не пришла к нам домой, как долго я бы жила в неведении?

– Не знаю, Оль, – вполне честно отвечает Кирилл, – Столько, сколько понадобилось бы, чтобы спасти нашу любовь.

– Это не любовь, – качаю головой, – Это твоя попытка спасти свою задницу и сохранить привычный комфортный для тебя образ жизни.

Разговор по душам пора заканчивать.

Резко вырываюсь из объятий мужа и иду к кухонному острову. В этом домике так жарко, что горло пересохло уже в первую минуту нахождения здесь.

Достаю бутылку шампанского из ведерка, мастерски открываю ее и наполняю бокал. Все-таки у меня день рождения, а не поминки личной жизни.