Развод. Со мной так нельзя (СИ)

То ли отношения наладить, то ли в чем-то обвинить…

Какое-то время мы помолчали, затем я проговорила:

– Похоже, она наконец-то выбрала из вас двоих. Ты без жены и детей, со своим бизнесом…

– … а у Ковалева раздел имущества впереди, – досказал за меня Морозов, озвучив то, что я и сама собиралась произнести.

Наши взгляды встретились, и в этот момент мы были словно отражением друг друга. Двое обманутых людей, которые сидели в тишине кухни новогодним утром и обсуждали то, во что вляпались без какого бы то ни было на это желания.

– И ты немного ошибаешься. Выбирает она вовсе не из нас двоих… – вдруг сказал Морозов отстраненно-холодным тоном."

"Удивиться его словам, да и в целом их осмыслить я не успела.

– Арина-а-а! – раздался зычный голос из недр квартиры.

Я вскочила на ноги. Вот сволочь, этот Ковалев! Сейчас перебудит мне детей!

– До встречи, Арина, – сказал Игорь, поднимаясь следом. – Если будут новости, давай обменяемся ими, – предложил он и направился в прихожую.

– Если Леша соберется следом к твоей жене, а я об этом узнаю – сообщу, – сказала вполголоса и, проводив Морозова, метнулась к лежбищу Ковалева.

Сам он сидел на полу – взлохмаченный и какой-то жалкий.

– Если ты разбудишь Люси и Дашу – я тебя убью! – пообещала ему.

Он скривился и спросил приглушенно:

– Найдется стакан воды и таблетка аспирина?

***

Несмотря на то, что спать было жутко неудобно, от чего Ковалев пробуждался чуть ли не сотню раз за ночь, уходить из-под елки, под которой он сам себя обнаружил, не хотелось. Потому что хоть так он мог соприкоснуться с тем, к чему привык. А именно к ощущению уюта и комфорта родного дома, который таковым уже почти не являлся.

Ему нравились болтовня за столом, то, что рядом была Люси. Даже недовольный вид Дашки, что бросала на него косые взгляды (это Алексей видел пару раз, когда приоткрывал глаза и обозревал происходящее) ему нравился тоже.

А вот ощущение, что у него во рту Сахара, ему не принесло ни капли удовольствия. Поэтому первым, что он попросил у жены очнувшись, были вода и аспирин.

– Если позавтракаешь таблеткой и уже перестанешь источать здесь пары алкоголя – дам, – отрезала Арина.

Она прошествовала обратно на кухню, сообщив ему, что в случае нарушения режима тишины отправит Ковалева к праотцам, а сам Алексей попытался хоть немного прийти в себя.

И зачем он вчера так нажрался? Хотя, у Ковалева был ответ на этот вопрос. К матери было не поехать, у Нины его тоже не особо ждали. В семье рада Леше была только Люська, а праздновать Новый год в отеле казалось кощунством. Вот он немного и расслабился, закинувшись спиртным.

– Ты – чудо, – прохрипел Ковалев, плюхаясь за стол, на котором стояла большая кружка воды.

К ней он и присосался жадно, как будто до этого не видел питья неделю.