Развод с монстром

— Ярослав так странно тебя зовет — Вера…

— Странно?

— Мне нравится. Тепло так звучит. Но не только. Мы с тобой — Вера и Надежда, понимаешь?

— Точно, — и он поцеловал меня в висок. — Мне тебя всегда не хватало, Надежда…

— А ты хотел всё оставить, как есть…

— Я иногда плохой диагност.

— Тем более тебе нужен хороший на всякий случай, — веселилась тихо я.

— Мне повезло.

— Я рада, что ты это признал.

Питер вдруг тревожно заворчал во сне, и Верес прислушался. Но за окном было всё по-прежнему, и он крепче прижал меня к себе, плотнее закутывая в одеяло.

52

Было раннее утро. Несколько минут, как разогнало ночную мглу, являя мокрый лес, похожий на зверя, попавшего под дождь. Его ветки-шерстинки набухли водой и таинственно поблескивали в холодных лучах рассвета, не давая ему ни единого шанса снова скрыться во тьме.

Я смотрел на него со ступеней крыльца и чувствовал, как внутри все рвется от непривычных эмоций. Даже зверь метался между безопасностью и жаждой жизни, а что уж обо мне говорить?

Надя не знала, с чем собиралась столкнуться в моей морде и лице. Нет, я не причиню ей вреда, но сможем ли мы преодолеть все, что предстоит? Я — зверь, я — бывший пленник, я — трус… И мне совершенно не стыдно за последнее. Любой бы трусил, пройди он через все, что выпало мне. Да и не прошел бы никто, кроме меня.

Только я смог создать противоядие, ставшее когда-то моим поводком…

— А что было дальше? — тихо поинтересовался Ярослав. — Ты никогда не рассказывал, что было потом…

— Потому что мне все время казалось, что я ещё не полностью чист, — прошептал я, отворачиваясь от леса и усаживаясь с ним рядом на ступеньку крыльца. Туман отползал от края участка в глубину леса, тая, словно дурной сон, и я вздохнул полной грудью, делая большой глоток горячего чая. — Я просто ушел. Просто не вернулся однажды, сделав ставку на созданное противоядие. И оно сработало. Не полноценно, конечно, но на свободе я доработал формулу и нейтрализовал яд полностью. Сначала перестала болеть голова, потом прошли ломки, и я снова смог оборачиваться. Спустя год я почувствовал себя прежним.

Ярослав тяжело вздохнул, качая головой.

— Скажи мне, ты же поборешься за Надю и себя?

— С собой? — усмехнулся я. — Да. Такие, как Надя, дважды в жизни не встречаются. Кроме того, она приказала мне не трусить…

— Это должно подействовать, — усмехнулся Яр.

— Да, это сработало.

— Ты все равно где-то в себе, Вера, — вдруг заметил он. — Кажется, что говоришь одно, а думаешь ещё что-то…

Я отвел взгляд. Подумалось, что я неосознанно манипулировал ей вчера, заставляя разделить со мной ответственность. Но такова реальность. Я должен был дать ей понять, с кем она столкнулась. Но Надя не испугалась.

— Я убил Маршата.