Развод. Предатели

Как жаль, что в какой-то момент он перестал это ценить. Как жаль.

— Это мы еще посмотрим, — разозлилась Ника, — Я за каждую копейку биться буду. Понял?

Ланской не сомневался в том, что она воплотит в жизнь свою угрозу, как и прежде оттягивая его силы на второй фланг, ослабляя перед главным врагом.

Теперь он знал – она всегда была его слабостью. И в этом нет ничего романтического и возвышенного. Это простая констатация неприглядных фактов.

К счастью, у него было чем ответить на такие претензии.

— Бейся, девочка. Бейся, — спокойно сказал Николай, — А я пока найду твоего дружка. Как там его? Тимофей? Сообщу ему, что ты расплатилась одним местом за его долги, поправила свое финансовое положение, и готова снова его принять на полное обеспечение. Что скажешь? Мне кажется, он обрадуется.

В этот момент из трубки полилось что-то совсем грязное и нецензурное. Что-то от чего даже у бывалого моряка уши бы сначала свернулись в трубочку, а потом и вовсе отвалились

— Не смей совать свой нос в мою жизнь! — рычала Вероника, — барахтаешься в своем болоте, вот и барахтайся дальше! А ко мне не лезь!

— Ну что же ты как не родная? — неспешно растягивая слова, проговорил он, — Ты в моей жизни хорошенько потопталась, теперь мой черед. Я вытяну на поверхность все твое грязное белье, каждый твой проступок. Уверен, такого добра у тебя предостаточно.

— Надеюсь, что тебя раздавят как таракана, — прошипела Вероника, — как старого, тупого таракана.

Несмотря на то, что ее голос звенел от ярости, Ланской прекрасно слышал в нем еще одну интонацию. Страх.

Вероника действительно боялась того, что он мог сделать.

И правильно делала. Потому что Ланской не собирался отступать, жалеть и давать поблажек. Он собирался вывернуть ее наизнанку, как и всех остальных, посмевших разрушить его жизнь и семью. Несмотря на ограниченные ресурсы, чудовищно поредевшие ряды союзников, и упавшее здоровье, он еще надеялся отыграться.

Впереди ждала долгая война на два фронта.

И к сожалению, в этот раз за его спиной никого не было. И патроны никто не собирался подавать.

Он остался один на один со своими бедами, и винить в этом мог только себя.

Марина всегда думала, что ее выпускной будет если уж не королевским, то по крайней мере сказочным. У нее должно было быть самое роскошное платье в школе, такое чтобы все завистницы еще год нормально не могли дышать и как змеи шипели по углам, признавая ее великолепие:

— Помните, Ланскую? Как она посмела быть такой красивой.

Она должна была стать королевой и фотографироваться под руку с королем. И на каждом снимке были бы видны его восхищенные взгляды.

А после Марина должна была поступить на актерский. Ворваться на эту стезю, пленить всех своим талантам и харизмой и построить успешную карьеру.