Развод. После…

– Оскар против? Или у вас другие планы? – ненавязчиво интересуется.

Оскар.

Прошло три дня с нашей встречи, от него ничего нет. На работе я взяла больничный, и это не могло остаться не известным для Брандта. Слишком скрупулезно он следит за моей жизнью. Раньше мне это нравилось. Сейчас отталкивает и вселяет ужас.

– Боюсь, мои планы относительно Брандта претерпели изменения, – тихо говорю.

В этом я теперь уверена.

Все ночи напролет думала и анализировала, прислушивалась к себе. Поняла главное: то, что я раньше воспринимала за любовь, ничто иное как бегство. Оскар отличался от Кречетова, и это был мой протест.

Глупая. Какая же глупая я была.

– И что же произошло между вами? – глаза Ани увеличились из-за любопытства, что неимоверно злит.

– Я хочу от него уйти, – говорю быстро.

Голос чуть подрагивает, ведь в голове это звучало несколько иначе. Что-то вроде: “мне сложно находиться рядом с ним, потому что бывший муж не оставил и мысли свободной. Все собой заполонил”.

– Ты дура, Оль? – на выдохе говорит Яна.

От шока не могу отойти. Столько ответов готова озвучить, но язык будто специально прирос к небу, только и могу, что хлопать глазами.

– Ч-что? – с трудом выговариваю.

– Оскар отличный вариант. После Кречетова, тем более. Брандт богатый, уверенный в себе мужчина. Красивый. Ты будешь обеспечена до конца жизни, и дети твои тоже о бедности никогда не узнают.

Все, что касается денег, подруга воспринимает остро. Ее детство не было счастливым. Когда питаешься один раз в день бутербродом с маслом, волей- неволей будешь считать, что деньги – залог хорошего будущего и безбедной старости.

– Максим был хорошим мужем.

– Ну да, знаем мы…

Нервно сглатываю. Про себя делаю зарубку, никогда и ни при каких обстоятельствах не рассказывать даже самым близким друзьям про любимого человека, когда вы с ним в ссоре.

– Еще чаю? – подскакиваю со своего места, грубо прерывая наш разговор.

Захожу на кухню, где полная тишина.

Если выгоню своих подруг, это будет считаться дурным тоном? Или они подумают, что я совсем выжила из ума?

Ведь последнее время сама себя не понимаю.

Вместо чая решаю сделать растворимый кофе. А его я на дух не переношу. Просто банка оказалась под рукой. Не удивлюсь, если он еще и просроченный.

Против воли вспоминаю, что за продуктами в нашем с Максом доме следил муж. А я… соблазнительно стреляла в него глазками, когда он, нахмурив брови, перебирал ящики.

Милым был, родным.

Сердце надрывается от таких чувств, которые начинаю испытывать.

Проливаю еще горячий кофе на свои пижамные штаны, по всей видимости, еще и кожу ошпариваю.

– Ай! – вскрикиваю. Слезы щиплют уголки глаз.

Не уверена, что горячий кофе – причина этих самых слез.

– Оль, больно? – обеспокоенно спрашивает Аня, – нужно под теплую воду. Иди сюда.