Развод. После…

Может, то, что бывшая жена пришла ко мне раньше, не опоздав ни на минуту – знак? Лялька ведь никогда не приходила вовремя. Даже на свой день рождения умудрилась опоздать на час, а то и больше.

Теперь Кречетова сбежала, а за дверью скрывается ее жених. С которым хрен знает о чем говорить.

Допуская мысль, что меня подставила Оля, я не смогу подставить ее в отместку.

– Прошу, – распахиваю дверь и рукой приглашаю войти в номер.

Брандт сощурился, массивная челюсть чуть выдвинулась вперед.

На нем дорогущий костюм из тонкой шерсти. Больше, чем уверен, сшит на заказ. Глаз наметан на такие вещи, да и сам пару раз обращался к портному.

Его взгляд остается непроницаемым. Блекло-голубым.

По работе довольно часто сталкивался с похожими персонажами, когда на вид властные мужики, которых любят описывать в романах, а как залезешь в голову, так ерзать на стуле начинаешь после услышанного.

Вот от жениха Ольги похожие ощущения. А я склонен им верить.

– И по какому вопросу Вы меня позвали?

Оскар проходится по люксу. Его шаги выверенные и четкие, а голову не поворачивает во все стороны от любопытства. Делает это профессионально. Два цепких взгляда как выпущенные стрелы, и он упирается в меня.

Невесту я твою только что трахнул. Мне понравилось. Хотелось, чтобы ты ее увидел, как хорошо ей было со мной.

А с ним она какая?

Твою мать. Все пространство под ребрами тугими жгутами перевязывается. Удары в голове маршем раздаются до блевотного состояния.

Готов накинуться и придушить, только бы заглушить это чувство ревности, которое выросло внутри как сорняк.

– Максим, я не из тех людей, кто обычно приходит по приглашению в отель на встречу. Мое время стоит дорого. И сейчас Вы напрасно его тратите. Переходите уже к делу.

Черт, знал ли я несколько лет назад, что та красивая девчонка, которая умудрилась пролить на меня вонючий суп, принесет столько бед?"

"Рычать от бессилия хочется.

И накатить вискаря.

Если предложу такое Брандту, можно считать, что я окончательно спятил?

– Позвал поговорить по поводу Ольги. Вашей невесты.

Мы набычились как два петуха, но до сих пор соблюдаем никому не нужную субординацию. Выкаем. Хотя я хочу подвесить его за яйца, а он вырвать мне кадык.

Иногда кажется, раньше было куда проще. Пришиб человека – просто защищался. Отравил – во благо государства. Перерезал полгорода – во имя веры. Ну и все в таком духе.

А сейчас как бы Уголовный кодекс и цивилизованное общество.

– И о чем конкретно вы хотите поговорить? Ольга уже не Ваша зона ответственности.

Открываю рот, чтобы ответить ему. И…

Похуй.

Вальяжно располагаюсь на кресле ровно напротив Брандта и нагло всматриваюсь в его глаза.

– Давай начистоту, ты мне не нравишься. Совсем.

Его брови ползут вверх, кулаки в черных кожаных перчатках со скрипом сжимаются.