Развод. После…

А потом я задумываюсь: может, и в ее супружеской жизни не все гладко было? Но как-то прожили они вместе с Виктором Ивановичем столько лет!

– А что, если на тот момент, мы просто не могли уже быть вместе?

– Значит, это не любовь, – упрямо говорит твердым голосом.

Я замолкаю. Спорить сейчас бессмысленно, да и у каждого в любом случае своя правда.

– Мне жаль, что это случилось с вашим мужем, – искренне говорю.

Сложно понять, что сейчас испытывает Елизавета. Я, например, даже прожив в четверо меньше с Максом, чем его родители, не могу вообразить, что со мной произойдет, если с мужем что-то случится. Это же… будет конец.

А свекровь сидит, аккуратно вытирает вновь скатившиеся слезы и… ждет врача. Вот так смиренно, не обивая пороги. Я бы сошла с ума, разнесла бы всех и вся, но… это я.

Елизавета думает и действует по-другому. Потому что мы разные. Возможно, осознав это, мы не ругались бы и не спорили до потери пульса раньше.

– Я видела внизу аппарат с кофе. Вам принести? – медленно поднимаюсь и вопросительно смотрю на женщину.

Кречетова не ожидала участия с моей стороны. И это минус. Мне. Точнее, той Оле, которая так и не смогла найти общий язык с родителями любимого человека.

– Если можно.

– Сахар? Сливки?

– Два сахара и немного сливок. Так нежнее, – с легким кивком уточняет.

Скомкано улыбаюсь и спускаюсь на первый этаж за кофе. Теперь знаю, что свекровь любит обычный американо со сливками и сахаром. Потому что так нежнее.

Возвращаюсь с двумя картонными стаканчиками и усаживаюсь на свое место. Чувствую себя поуверенней и посвободнее."

"– Наверное, мне перед вами нужно извиниться… За прошлое, – опустив взгляд говорю.

Я долго собиралась с мыслями, чтобы это сказать. К слову, извинения не всегда вылетают легко и быстро. Иногда нужно действительно осознать, за что именно ты извиняешься. В чем твоя вина?

– И ты меня извини, – устало говорит. Без тени фальши.

Между нами повисает неловкость и молчание. Но внутри я чувствую, как упал груз какой-то недосказанности и обид. Словно одним махом разрубила узел, который стягивался многие годы. Дышать легче. И смотреть в глаза свекрови тоже стало легче.

Потом не знаю, что именно меня толкает, но я рассказываю про нас с Максом. Как мы встретились на мероприятии, как начали встречаться, как решили снова быть вместе, потому что по-другому не получилось. Порознь намного хуже, нежели вместе.

Рассказываю все о своих чувствах, о своих планах и переживаниях. Оставляю за пробелами только историю с Ксенией.

Макс приходит через полчаса.

Мы с Елизаветой Павловной одновременно встаем и устремляем свои испытывающие взгляды на мужчину. Вижу, как бледнеет свекровь, теребит ремешок сумки и поджимает губы.

– Вы не переубивали здесь друг друга? – спокойно говорит.