Развод. Он влюбился

— То есть ты считаешь, что это нормально? Оставить меня дома, а самому отправиться на встречу с ними?!

— Я не знал, что они в городе. И ехал не навстречу с ними, а поздравлять сестру.

— Думаешь, я тебе поверю?

Жданов устало сжал переносицу. Перед глазами снова возник пленительный образ лесного домика, утопающего в зелени, тумане и тишине. Рвануть бы туда на неделю. Одному. Без телефона…

— Марин, тебе так хочется поругаться или что? Поверь, я сегодня так сильно задолбался на работе, что у меня нет ни малейшего желания…

— Ты меня обманул, — упрямо повторила она.

Он тяжко вздохнул:

— Не обманул, а умолчал незначимые детали.

— Незначимые?

— Да. Совершенно незначимые.

— То есть для тебя ничего не значит, что я переживаю? Что мне обидно?

— Я этого не говорил, — сквозь зубы процедил Алексей.

— Твоя семья даже на порог меня не пускает, а драгоценная Леночка шныряет там как своя, милуется со всеми. Это разве нормально?

Алексей не ответил, потому что да, не нормально. И нет, он ничего не мог с эти поделать. Не принимали они его новую жену и точка. Не нужна она им была.

Марина продолжала докапываться:

— Ну и как? Пообщался с дочуркой? — в глазах полыхало дикое пламя, — как там твоя любимая Дашенька?

— Нормально, — скупо ответил он. И хотя Марина явно жаждала более развернутого ответа, продолжать не собирался, а тем рассказывать о том, каким холодом и пренебрежением встретила его родная дочь.

Так и не дождавшись его слов, Марина продолжила сама:

— А Елена как? Судя по фотографиям, ты просто полыхал от желания пообщаться со своей бывшей.

Жданова уже утомила эта нелепая перепалка:

— При чем тут вообще я и мои желания? Да и твои тоже? Это был праздник Олеси, и она имела право звать кого угодно. Они с Леной дружат уже сто лет, естественно она ее пригласила. Вне зависимости от того, хотел я этого или нет.

— Ты мог бы повлиять на это. Поговорить, намекнуть, что тебе неприятно видеть бывшую жену поблизости. Тебе ведь неприятно?

— Я еще раз повторяю. Это личное дело моей сестры. И лезть к ней со своими советами я не стану.

Марина фыркнула и отвернулась:

— Конечно, не станешь. Тебе ведь на меня плевать.

Это была манипуляция. Наглая и грубая, но сегодня Жданов был не в том настроении, чтобы что-то сглаживать, подыгрывать или делать вид, что все в порядке."

"— Разговор окончен, — строго сказал он, и Марина, обиженно вильнув стройными бедрами, ушла в дом.

Жданов снова вздохнул. С одной стороны он понимал Маринину обиду на то, что ее не принимают, а с другой – Алексея порой убивала ее зацикленность на его бывшей жене и дочери.