Развод. Я не приму вторую!

– Проверим номер, чтобы ничего не забыть, – предложил я, обводя комнату взглядом.

Пара минут – и мы уже тащим чемодан к двери. Я остановился, чтобы поправить ремень на её дорожной сумке, и почувствовал, как она тихо вздыхает.

– Жаль уезжать, – сказала Марьям, чуть прикусив губу. – Здесь было так… спокойно.

– Зато дома нас ждут дети, – я улыбнулся и легко коснулся её плеча. – И мы сохраним это чувство, правда?

Она согласно кивнула. Её глаза были теплее, чем когда-либо за последние годы.

На ресепшен всё прошло быстро. Администратор пожелал нам хорошего пути, глядя на нас так, словно мы – самая счастливая пара на свете. Может, так оно и было. Мы вышли на улицу, и утренний Краснодар встретил нас тёплым, чуть влажным воздухом.

– Я помогу, – предложил я, когда Марьям подняла тяжёлую сумку.

Она не стала возражать. Мы подошли к машине и аккуратно уложили всё в багажник. Звук закрывающейся крышки отозвался внутри лёгким щемящим чувством: словно мы закрывали главу сказочного отдыха. Но я уже твёрдо решил, что сказка продолжится и дома.

Я сел за руль, а Марьям устроилась рядом, поправив выбившуюся прядь волос. Мы выехали из города, лавируя в утренних потоках. Город таял за спиной, а я чувствовал поднимающийся внутри приподнятый настрой – будто вот-вот случится что-то хорошее.

– Завтракать будем по дороге? – спросил я, когда мы свернули на трассу.

– Да, давай найдём какое-нибудь кафе, – ответила она, бросая взгляд на окно. – Я ещё не отошла от вчерашних «вкусностей», но хочется чего-то домашнего.

Я улыбнулся, вспомнив, как мы весь день позволяли себе кулинарные «грехи», несмотря на её обещания диетологу. Но это была наша небольшая свобода, и она пошла нам обоим на пользу.

Дорога распахивалась перед нами. Машин было немного, и я неторопливо вёл, вспоминая, как ещё до поездки мы несколько раз выезжали за город, чтобы я мог научить её водить. Тогда у неё не было никаких прав, и нет до сих пор, но было большое желание. Мы искали пустынное место, и я терпеливо объяснял, как жать газ, как плавно тормозить. Она боялась, смеялась, порой даже психовала, что машина «не слушается». Но каждый раз после урока возвращалась радостная, будто приоткрывала для себя новый мир.

– Хочешь ещё потренироваться? – спросил я вдруг, сбавляя скорость.

Марьям оживилась, но тут же смутилась.

– Здесь? На трассе? – пробормотала она, оглядываясь на несколько встречных машин. – Не хочу создавать проблемы.

– Давай посмотрим, где поменьше трафика, – предложил я. – Может, найдём тихий участок. Но без фанатизма. И, конечно, осторожно.

Она благодарно кивнула, и я понял, что она действительно жаждет укрепить навыки.