Развод. Я календарь переверну

- Дорвалась?

- До чего?

- Мужиками вертеть как хочется?

- В смысле, дорвалась? - удивленно бровями играю, - я всегда вертела!

- Кем? Игнатовым твоим малахольным?

А вот это уже перебор. Да, он, конечно, прав. Игнатов — малахольный, но только я могу говорить об этом!

- Сам ты, Крестовский.

- Давай, давай защищай своего благоверного, то-то он интересовался, за какую сумму может меня перекупить.

- И?

- Что?

- За какую?

- Дорого. Он не потянул.

- Неужели?

- Угу. Я просто решил, что лучше мне достанется разведёнка с бабками, чем бабки без разведёнки.

- Самонадеянно.

-А то...- подмигивает, а я понимаю, что кайфую. Кайфую от этой вербальной дуэли и готова кайфовать еще долго.

Стоп. А как же... Денис?

Дворжецкий тоже мужчина интересный. И его мужской интерес ко мне очевиден.

И что делать?

- Поиграй еще, Ада, поиграй пока. Я разрешаю.

- Ты? Ахах! Может, это я сама себе разрешаю?

- Может и сама. Только.

- Что?

- Я в тебя влюблён. Хочу на тебе жениться. И хочу от тебя ребёнка.

Дар речи у меня пропадает.

Вот так просто?

Влюблён. Жениться. Ребёнка?

Открываю рот, чтобы ответить и... закрываю. Опять открываю, и...

Теперь уже он мне его закрывает. Сам. Губами.

Не нежно. Властно.

Вот интересно, а Крестовский будет мне изменять?

И зачем я об этом думаю?

- Садись в машину, Ада.

Сажусь безропотно. Он меня пристёгивает. Занимает место водителя.

Стартует легко, уверенно ведёт.

Мне нравится смотреть на него за рулём. Это какой-то отдельный сорт удовольствия, когда настоящий мужик вот так ведёт машину. Руки красивые, пальцы длинные крепкие. Взгляд уверенный. Он не лихачит, не рвёт, стартует лихо, а тормозит плавно, и поворачивает спокойно, и перестраивается.

Офигенно.

Интересно, а в сексе он таким же будет?

- Любуешься?

- Любуюсь.

- Это хорошо.

- Угу, куда едем, господин адвокат?

- А куда бы тебе хотелось?

- В Питер.

- Что ж, можно и в Питер.

Перестраивается, разворачивается.

Так. Стоп, я не поняла! У меня, простите, бельё мокрое! Какой Питер?

- ЭЙ, эй! Крестовский, тормози! Я прямо сейчас не готова!

- А мы прямо сейчас и не поедем. Что, испугалась?

- Нет. Просто бельё хотя бы надо сменить.

- Бельё? — он вскидывает бровь, словно вопрос задаёт, мол, а что у нас там с бельём, как будто не знает сам, зараза такая! — Бельё тебе вообще носить не обязательно, когда ты со мной.

- Да ладно, Крестовский, с чего бы это? Застужу ведь Изольду-то!

- Изольду? — он хмыкает, - Я бы назвал Аделаидой-младшей, но раз ты предпочитаешь Изольдой...

- Ой, слушай, иди ты в пень!

- В пень не пойду, а вот в Изольду... войду с удовольствием.

Головой качаю, мы договорились уже до чего-то мне совсем не понятного.

Но я ловлю себя на мысли, что мне сейчас с ним легко!

И общаться легко, и говорить пошлости, и юморить.

Легко.

Только вот...