Развод. Я его так любила (СИ)

Это была приятная, обходительная женщина, которая ухаживала за всеми цветами в подъезде и контролировала входы, выходы всех домашних. Она поимённо знала детей и никогда не была замечена в какой-то вредности. Поэтому я подозревал, что я все равно смогу получить записи с камер наблюдения.

— Ну, может быть, вы хотя бы полицию вызовете?

— Полиция приедет, но это слишком долго, я сам быстрее найду.

— Да что у вас случилось? — выдохнула Марья Петровна, подаваясь вперёд к окошку, я стиснул зубы.

— На Зою на мою сегодня какой-то мудак напал.

Марья Петровна приложила пухлые ручонки к груди и тяжело задышала.

— Да вы что? Да, быть такого не может, у меня же все подотчетно.

— Ну вот и посмотрите, что у вас подотчётно проходило примерно в районе обеда.

Марья Петровна стала листать журнал, но покачала головой.

— Да все, как обычно, Симоновы с двести третьей ребёнка из садика забирали, потом на одиннадцатом этаже Алёна с Мишей. Ну они тоже пришли, забрали чего- то и поехали за город.

— Ну вот видите, поэтому давайте посмотрим камеры наблюдения.

Марья Петровна, охая и ахая, запустила меня во внутрь своей комнаты, и я, дёрнув флешку из кармана куртки, быстро перекинул все файлы, которые были за сегодняшний день. Ни одна сволочь от меня ещё не уходила, и эта не уйдёт. Я же прекрасно понимал, не дебил, что все это вся эта история шита белыми нитками. Осталось только найти кончик, чтобы, так сказать, все огребли по полной.

Выйдя из подъезда, я вытащил мобильник и набрал своего безопасника.

— Так, слушай, я тебе сейчас скину файлы, посмотри, позвони какому-нибудь знакомому из правоохранительных. Надо найти чувака, который заходил в подъезд в районе двух часов. Там прям я отдельным кадром ещё скинул его.

— Да, хорошо, я понял вас. Что-то случилось?

— Да, случилось, надо решить."

"Я сел в машину и понял, что у меня руки тряслись, горло перехвачено спазмом, а нервы шалили так сильно, что я не мог даже себя нормально контролировать.

Дело было в том, что Зоя беременна.

Зоя беременна.

Столько попыток, столько пролитых слез.

Я прекрасно знал, как ей тяжело далась Роза.

Я выл, как раненый волк, когда узнал о том, что все течение родов было с осложнениями. Это дерьмово, когда близкий человек попадает в такую ситуацию, но ещё более дерьмово, что сейчас Зоя беременна и какая-то мразь посмела причинить ей зло.

Под ложечкой засосало, я прекрасно знал, догадывался, к кому приведёт ниточка, но мне надо было убедиться. Линчевать без разбора тоже не хороший вариант. И вместе с тем я испытывал прилив какого-то адреналина от того, что новость-то была хорошая, только омрачена она всеми этими событиями, и я люто боялся, не представлял, что будет с Зоей, как она будет носить нашего малыша, малыша, на которого у меня нет прав.