Развод. Я его так любила (СИ)

А мне она что делать предлагала? Как в этой ситуации себя вести? Все-таки пришлось вытащить мобильник."

"Я нервно и быстро набрал номер жены, но абонент не абонент, меня то ли заблокировали, то ли принципиально не брали трубки, и это было нихрена не нормально, потому что взрослые люди не ведут так себя. Взрослые люди всегда решают в диалоге, что зачем и почему. А так, как ведёт себя Зоя, это кроме как ребячеством назвать невозможно. Нам не по пятнадцать лет, не по двадцать и не по двадцать пять. У нас возраст, у нас обстоятельства, у нас сложенная стабильная жизнь. Я ни слова никогда жене не говорил в отношении всей нашей жизни. Не хочешь готовить, не готовь пожалуйста. Не хочешь убираться, не убирайся, не хочешь стирать, господи, не стирай.

Я был тем мужиком, которому по факту на большинство всего было похрену, потому что я не считал женщину домработницей, уборщицей, поваром, нянькой. Все, что делала Зоя в нашем браке, это она делала, потому что хотела, а не потому, что это на надо было.

Я считаю, что со своей стороны я сделал максимально все для того, чтобы у нас были здоровые, нормальные отношения и в этих здоровых, сука, нормальных отношениях я хотел такой мизер, просто как принятие проступка. Я никого не ограбил, я никого не убил, я никому голову не оторвал. Я не собирался уходить из семьи.

Бешенство поднималось в груди, я качнулся, встал из-за стола, прошёл вдоль кабинета и, выйдя из него, снова вытащил мобильник, надо было позвонить Розе и узнать, может быть, она в курсе, где у нас загуляла мама, но я не успел даже набрать её номер, потому что дверь квартиры открылась, и из-за неё показалась прыгающая на одной ноге Роза.

— Да, да, я все поднялась, поднялась, да, хорошо, — дочка с кем-то разговаривала по телефону, потом бросила мобильник на комод и наконец-таки, встав на обе ноги, наклонилась и проверила набойку на сапожке. Видимо, боковым зрением она считала, что кто-то находится рядом, поэтому резко обернулась и, расплывшись в улыбке, произнесла: — О, пап, привет, я не думала то, что ты уже дома. Слушай, на, возьми, забери, здесь профитроли из кондитерской. Мы со Стёпой сейчас заезжали.

Дочка протянула мне коробку белую с золотыми вензелями на торцах. Ямедленно шагнул, перехватил за ленточки и забрал к себе десерт.

Роза.

Роза это Роза, взрослая дочь, взявшая все самое лучшее от отца и матери. Роза это умный ребёнок, эмпатичный ребёнок. Роза это единственный ребёнок. И поэтому чрезмерно своенравный. Знаете, про таких людей вообще говорят, стержень внутри металлический, который хер согнешь.

Вот это про мою дочь.

— Пап, ты что, замер? — Вскинула брови дочурка и потянула с шеи шарф. — Давай, иди, можешь поставить профитроли в холодильник и что у нас за состояние, почему света нигде нет? Время уже позднее.