Развод. Его случайный ребенок

Во все глаза смотрю на мужчину и пытаюсь понять: он сейчас серьезно?!

Учитывая, как он продолжает смотреть меня со спокойствием удава, лишь с легким напряжением во взгляде…то да, он серьезно.

Неужели у Наглеца напрочь отсутствуют какие-либо моральные принципы? Уважение к женщине, выносившей и родившей ребенка?!

– Почему? – шиплю, разве только не плююсь ядом, как змея. А жаль. – Вы еще спрашиваете, почему?! А вас не смущает, что вашей жене сделали только что операцию?! У вас вообще-то дочь родилась! А вы даже не проявили интереса к ребенку! Да еще и практически на глазах у супруги заигрываете…Мне мерзко.

Наглец с весельем на лице рассматривает меня, склонив голову набок, как диковинную зверушку. Или как несмышленого ребенка.

А потом засранец делает то, что вводит меня в еще больший ступор.

Он откидывает голову и смеется.

– А ты, значит, собственница? Это хорошо, потому что я тоже.

Открываю рот, чтобы коварно заявить, что я замужем, но не успеваю. Резко посерьезневший Наглец серьезно раскладывает по полочкам:

– Наташа – моя младшая сестренка. Позвонила мне сегодня в слезах и соплях, что ей плохо, и попросила отвезти в клинику. Больше некому, потому что эта засранка мелкая категорически не признается, кто отец ребенка. Ты дала мне всю важную и нужную информацию и по сестре, и по ребенку. К Наташе не рвусь, потому что прекрасно знаю, что в реанимацию не пускают. Как в детскую, так и во взрослую. И к детям я, кстати, так себе. Всю остальную информацию я могу получить по телефону или на ресепшен. Но уже завтра.

Хлопаю ресницами и совершенно под другим углом смотрю на Наглеца.

Впечатлил. Прямо сразил наповал. Я бы даже сказала, что с козырей зашел!

Никто, абсолютно никто за всю мою практику еще так здраво не рассуждал и не берег мои нервы. Все требовали немедленного свидания, показать ребенка, подержать на ручках, передать в реанимацию конфет, цветов и шампанского (ну, а что такого?! У женщины праздник же!).

Со стороны наверно выгляжу дурочкой с улыбкой на глазах и сияющими глазами.

А потом до моего мозга доходит главное.

Наглец сказал «младшая сестренка»? Мне не показалось же?

– Наташа – твоя сестренка? – уточняю.

– Да. У нас с ней тринадцать лет разницы. Поздний ребенок в семье, принцесса и все такое. И вот нате, родственнички, вам подарок: беременность вне брака непонятно от кого. Удивила так удивила.  Ну, так что, раз все разногласия улажены, идем? – подмигивает, снова растягивая губы в нахальной улыбке. – Ты мне понравилась с первого взгляда. Я тебе, кажется, тоже, раз ты успела рассмотреть мою аппетитную задницу.

Чегоооо?!

Челюсть стремится к земле, и я даже не пытаюсь ее поймать. Часто дышу от возмущения и стыда. В целях защиты, отвратительно слабой, конечно, скрещиваю руки на груди.