Развод. Боль предательства

Если бы меня взяли на какую-нибудь из них, то я была бы просто счастлива. Отправляю резюме не только на них, но и на множество других, просто на всякий случай.

А вечером приходит Рома.

— Ксюш! Хватит сидеть дома! Я решил, что нужно тебя вытаскивать куда-нибудь, иначе ты так закиснешь. Давай-ка, одевайся! Пойдем поужинаем где-нибудь, в кино сходим, — предлагает он.

Мне не хочется. Вообще ничего не хочется, если честно. Мне бы просто закрыться в своей скорлупе, и чтобы никто меня не трогал.

— Я не очень хочу. Давай лучше я макароны отварю на ужин, — предлагаю я.

— А ты через «не хочу». Ксюшенька, нельзя застревать в этом, будет еще хуже. Хочешь макарон — пойдем в итальянский ресторан, — возражает он. — Давай бегом, нам потом еще на фильм идти!

Я вздыхаю. Наверное, он прав. Нельзя замыкать в себе, этим я лишь усугублю свое состояние. Рома пытается мне помочь и нужно не отказываться, а с благодарностью принять его помощь.

Поэтому я иду к себе и одеваюсь.

Мы ужинаем, потом смотрим фильм, хоть я половины и не понимаю, так как мне сложно сосредоточиться и не отвлекаться на свои мысли.

В принципе, вечер проходит не так уж и плохо. Терпеть можно.

На следующий день, ближе к обеду, когда я открываю холодильник в поисках съестного, вдруг слышу какие-то звуки. Сердце подскакивает и куда-то проваливается от страха. Ромы в это время дома не бывает. У Кира нет ключа от квартиры. Грабители?

Я хватаю самый большой нож с подставки на кухне и с колотящимся где-то в горле сердцем направляюсь в гостиную.

— Ой! Ксюша?! Что ты тут делаешь? И зачем тебе нож? — в проеме, ведущем в холл, стоит Вера Георгиевна и растерянно смотрит на меня.

Черт!

Я опускаю нож и сконфуженно опускаю взгляд. Ситуация так себе.

Я ничего ей не говорила, Рома, вроде, тоже. Думаю, он бы меня предупредил, если бы сказал. Насчет Кира не знаю. Возможно, он тоже с ней не разговаривал. Он не из тех, кто чуть что — сразу звонит маме."

"Поэтому ее глазами ситуация выглядит наверняка странно.

Надо как-то ей все рассказать, а я так растерялась, что просто стою и хлопаю глазами.

— Я, наверное, не вовремя. Прости, не знала, что дома кто-то есть. Я документ один давно собиралась у Ромы забрать. А тут была неподалеку, дай, думаю, заеду, ключи-то у меня с собой. Вот заскочила еще в пекарню по дороге и купила Ромочке пирог с лососем, он его обожает. Придет с работы и обрадуется… — тараторит свекровь, явно тоже смущенная.

Говорить ли ей про развод? А если да, то что? Нужно ли рассказывать, как все было? Мне жутко не хочется сейчас очернять в глазах матери ее сына. Это как-то мелочно и низко. Недостойно. Не хочу лезть в их отношения. Предпочла бы, чтобы Кир сам своей матери все рассказал, однако он этого не сделал. Но объяснить-то все-таки как-то нужно!

Решаю говорить, но по минимуму. Без подробностей.