Развлечения для очень взрослых девочек (СИ)

Я видел её у тебя в шкафчике.

— Твой любимый Кузьмин умчался. Да? — Вересова чуть не плакала.

— Да, Ир. Не злись. На, держи конфетку.

— Да иди ты… Идите вы все…, - Вересова сорвалась на крик, — Почему? Вот скажи, почему? Почему опять не мне? Вот Машке твоей ты достался. Далеко пойдёшь. Все говорят, что у тебя дар врача! Кузьмин… Этой ведьме рыжей!

— Ир, я тебе один умный вещь скажу, только ты не обижайся.

— Опять шутки твои дурацкие!?

— Это не шутка. Цитата. "Мимино" смотрела?

— Посмотри. Тебе понравится. Так вот. Что моя Маняша, что Ольга Владимировна, они обе отдавать умеют. Легко. У них натура такая. Делиться. Они все из любви сотканы. К другим. С ними рядом легко и радостно.

— А ты, Ирин, всё время ждёшь, что взять. Прости. Не хотел тебя расстраивать.

Вересова подошла к шкафчику, пошуровала там и добыла карту.

— Подавитесь своей Склодовской, — сунула документ в руки Степченко и выскочила из ординаторской.

Лёля металась по дому. Убирать было нечего. Её не было в квартире неделю. Никто в её отсутствие не мусорил, вещи не разбрасывал. Только цветы немного загрустили.

Мясо по-грузински в духовке. Свежие овощи на столе.

В голове молотком стучала мысль: "Он приедет. Сегодня. Он приедет. Я ему нужна. Он приедет. Как же хорошо в его руках."

Когда ожил мобильный, Лёля была уже в панике.

— Это я, — было слышно, что Кузьмин идёт. И очень быстро, — Ты ещё ждёшь меня?

— А ты всё ещё хочешь меня видеть?

— Я? Очень. Очень хочу. Видеть.

Александр добежал до стоянки. Впрыгнул за руль.

Быстро в навигатор вбил то, что услышал. На ходу соображая, что с пустыми руками он не пойдёт. А цветы, конфеты, шампанское — набор не для их случая.

При мысли, что Лёля там уже могла что-то наготовить, засосало в желудке от голода.

Охапка рыжих гербер, так похожих на неё. Отличное грузинское вино. Хачапури, как она любит.

В тёмном дворе среди кирпичных домов нашёл место для своей машины. Глянул на горящие окна.

Знакомый уже силуэт в окне третьего этажа. Ждёт. Она его ждёт. Это уже чудо. И счастье.

Кузьмин на автомате вытащил сигарету. Убрал тут же обратно. Ему сейчас несколько лестничных пролётов до настоящего наркотика.

Лёля тряслась, как осиновый лист. Уже не прячась за занавеской. Увидела, как он достал из машины букет. И как занервничал, тоже заметила.

Хотелось кинуться к двери, открыть, ждать на пороге. Но она удержала себя. Подошла у зеркалу. Оттуда на Лёлю смотрела счастливая незнакомка. С горящими от волнения глазами.

Звонок в дверь заставил вздрогнуть. Дочитать удалось только до шести. Дальше руки сами потянулись щёлкать замком и открывать.

Она дёрнула дверь. Кузьмин стоял на пороге. Ошалелый. Будто под кайфом.

— Привет! Это тебе, — протянул цветы.

— Привет! Зайди сначала.