Сибиряк. В разведке и штрафбате

– Мне еще повезло, передо мной пехотинца насмерть посекло.

Лето двигалось к концу. Раненые, кто мог ходить, выходили во двор и сидели на скамейках, грелись под солнышком.

Дни летели незаметно и быстро.

Рана у Алексея не болела, слабость прошла, но его беспокоил кашель. Приступообразный, сухой, сильный – до слез.

После очередного осмотра хирург заявил:

– Ты же разведчик?

– Точно!

– Нельзя тебе туда. Кашель может долго еще беспокоить. Не было бы войны – в Крыму отдохнуть славно можно было бы. Для легких – самое хорошее место.

– Крым под немцем.

– Знаю. Так что после выписки можешь служить везде, где кашель не помеха.

– Понял, спасибо.

Видимо, в самом деле с разведкой придется попрощаться. При переходе через немецкие траншеи кашель любого разведчика мог привести к гибели всей группы. Так он сапером мог быть, снайпером – но только со своих позиций. Доктор ведь не сказал, что кашель не навечно.

Когда Алексей уже твердо стоял на ногах, Андрей подбил его на самоволку:

– Давай в пивную сходим.

– Тебе, наверное, осколок еще и в голову попал. Где ты пивные в войну видел?

– Тогда давай водки выпьем или самогонки.

– Деньги нужны.

– У меня есть. А ты что, совсем пустой?

– Меня с «нейтралки» вытащили, с поиска. Сам знаешь. Туда даже без документов идут.

– А у меня с собой всегда заначка, я в кальсонах карманчик потайной пришил.

– Предусмотрительный! – не то похвалил, не то осудил его Алексей.

– Так я не понял, ты хочешь выпить или нет?

– Хочу, но в меру.

На фронте Алексей выпивал, но как все – положенные ему «наркомовские» сто граммов. А иногда, после тяжелых поисков, ранений или гибели товарищей – и больше, благо выпивка во взводе всегда была. Но служба в разведке накладывала особый отпечаток, и выпивкой не увлекался никто. Попробуй с похмелья в поиск пойти! Да тебя же твои товарищи в группу не возьмут – с похмельного какой боец?

Однако Подольск – не фронт, можно немного расслабиться. Несмотря на то что у раненых никакой одежды не было, кроме госпитального халата, кальсон и тапочек типа «ни шагу назад», не имеющих задников, ранбольные в город выходили, только не удалялись далеко. Жители окружающих домов к их виду привыкли и не обращали внимания.

Раненые покупали у старушек семечки, водку из-под полы, немудрящую закуску. Стоило все, конечно, дорого. У людей разворотливых, типа Андрея, деньги водились, поэтому торговля процветала.

– Тогда идем, – Андрей направился к дыре в заборе.

Через главный вход выйти было нельзя, пропуск нужен. Госпиталь – воинская часть, и на КПП часовой стоит.

Они пробрались через дыру и оказались на улице.

– В какую сторону пойдем? – в растерянности остановился Андрей.

– Я думал, ты знаешь, ты же меня потащил за собой, – ответил ему Алексей.