Разведенка с прицепом

Но зачем ему нужно было помогать мне с Леей? Заморачиваться с тем, чтобы отпросить меня у начальства, везти домой мой комп, устраивать здесь филиал работы?

То, как он сидел, вперившись в экран, как вся студия в эти часы. Молниеносно забирал готовые материалы и оформлял их для отправки.

То, как молча делал чай, после того как вскипал чайник, и ставил передо мной.

И то, как в минуты затишья, когда ему нечего было делать, отправлялся в комнату к Лее и развлекал ее – точнее, отвлекал от планшета. Она, судя по доносившимся обрывкам фраз, показала ему все свои игрушки, вынудила расчесать любимой кукле волосы и долго рассказывала, как звали всех тех пони, что мы оставили в Новосибирске. Она все-таки скучала по ним, бедный мой ребенок. Получу премию за проект, накуплю ей новых.

В общем, Влад вел себя не так, как я ожидала.

Времени подумать об этом как следует не было: мы все работали на пределе возможностей. Лично я только молилась, чтобы никакая техническая хрень нас не подвела: не вырубили свет, не полетел интернет, все досчиталось без ошибок и никто из студии не словил какой-нибудь гипертонический криз. На прошлой работе бывало и такое. И со мной тоже.

– У Артура досчитывается.

– Можешь вернуться и добить его, он уже не нужен.

– Мрачноватый у тебя юмор, грозная богиня…

– По должности положено.

Покормила Лею я сама, загнала ее чистить зубы и бегом вернулась за работу. Это был не первый глубокий дедлайн в моей жизни, но обычно я встречала их одна: когда была фрилансером, засиживалась ночами на кухне, чтобы не мешать спать маме или Юрке. В четыре часа утра, когда под веками песок, пальцы становятся ватными, а за окном уже занимается рассвет, чувствуешь себя особенно одиноко. Можно пойти в соседнюю комнату, посмотреть, как спят родные люди, вдохнуть тепло и уют… и снова за работу. Иногда в такие моменты мне было очень себя жалко.

Сейчас было иначе. Вдвоем с Владом работать оказалось веселее, чем в студии. Там все сидят в наушниках, стучаться лучше в мессенджеры, да и о чем болтать? Как сюда встал этот шот? Да все и так видят, как встал. Перебрасываться шуточками, сидя в метре друг от друга, практически не отвлекаясь от работы, – вдохновляло. Снимало какую-то глобальную усталость. И даже то, что до дедлайна оставались считанные часы, не настолько напрягало, когда можно было брякнуть:

– А давай просто вырежем все эти шоколадные волны? Кому они нужны, тысячу раз все видели.

– Нет, давай их лучше из чужой рекламы украдем, никто не заметит!

Мы просидели так всю ночь с пятницы на субботу и всю субботу. Лея маялась от безделья: оказалось, что играть в планшет сутками тоже не так весело, как ей представлялось. Периодически она пыталась прорваться на кухню, требуя воды, еды, конфет и внимания.