Разведенка с прицепом (СИ)

Но скажи, только честно, ты была счастлива со мной те наши два месяца?

— Да, — не вижу никакого смысла лгать, — я была счастлива. Но я была влюблена в тебя, а любовь часто бывает слепа. Я думала, что ты тоже в меня влюбился. Я не знала, что у тебя просто екнуло…

Моя ладонь разворачивается кверху, горячие губы прижимаются уже к внутренней стороне.

— А может, ты ничего не заметила потому что я тоже влюбился, Яся? Просто мне понадобилось больше времени, чем тебе, чтобы это понять?"

"У меня подгибаются колени, хватаюсь за перила, чтобы не сесть прямо на холодные плиты. Получается выдернуть руку, и я отхожу от перегородки, продолжая опираться на перила.

— Тебе так кажется, Дамир, — говорю слабым голосом, — прошло время, и теперь все видится в другом свете. Ничего такого не было…

На фоне темного неба такой же темный силуэт появляется из-за перегородки и приземляется с моей стороны.

— Тогда скажи мне, Яся, — он надвигается на меня, высокий и широкоплечий, — скажи, почему все эти пять лет я ни на минуту о тебе не забывал? И почему как только увидел, совсем потерял над собой контроль? Настолько, что готов таскаться за тобой по всей Турции…

Он подходит вплотную, вжимая меня в перила. Упирается руками по обе стороны, нависает сверху.

— Давай все вернем, Ясмина? — говорит, глядя в упор, в его глазах отражаются огни фонарей, освещающих территорию отеля. — Давай попробуем вместе: ты, я и Лале. Раз этот старый козел Дениз отпустил тебя в Измир, он не претендует на отцовство? Тогда позволь претендовать мне. Я не просто постараюсь быть хорошим папой для твоей дочки. Клянусь, я стану лучшим!

Я не сомневаюсь. Сегодня Дамир учил Лале плавать, и у нее сразу начало получаться. Потом он посадил дочку на спину и они играли в дельфина. Дамир плыл как настоящий дельфин, а Лале визжала от удовольствия, рассекая на его спине.

Не то, что со мной. Батманов будто специально создан для таких игр на воде, с такой широкой спиной и сильными мускулистыми руками.

— Что же ты молчишь, Яся? — шепчет он, наклоняясь все ниже, обволакивая горячим телом и горячим дыханием.

Но стоит открыть рот, чтобы ответить, его тут же накрывают горячие губы. Чтобы не упасть, хватаюсь руками за загорелую шею, и мы сплетаемся языками.

ДамирЯ ждал, что она меня оттолкнет. Что начнет сопротивляться, упираться, возможно даже заедет коленом в пах. Приготовился падать на колени, хватать за руки и просить дать мне еще шанс.

Но Яся в очередной раз меня убила. Потому что ответила.

Я и мечтать о таком не мог. И все, как в том сне, который часто мне снился — живой сон, на грани с реальностью.

Мы с ней не пробуем друг друга на вкус, как это бывает впервые. Мы целуемся как изголодавшиеся любовники, которые все друг о друге знают. Знают, и все равно не могут насытиться.