Разрушители

Как это типично! Наверное, все командиры чем-то похожи друг на друга. Тот, кто не имел дело с Пограничными Стражами, этого не поймет, но у меня возникло чувство, что основное различие между Первым Ракшем и капитаном Крамером – только в размерах.

– Мои боевые возможности ограничены, сэр. – Напомнить ему, что я все-таки личность, а не функция. – Я не могу сделать заключение о степени своей готовности к выполнению задания, не зная, в чем оно состоит.

Не говоря уже о том, что я ему не слуга. Интересно, способен ли он вообще воспринимать концепцию существа, не подчиняющегося его воле? Феллийские техномаги, например, не предусматривали в своих творениях способности искать компромиссы или пугаться. Зачем все это простым бойцам? Какие особые таланты вложили в свои детища истарские алхимики, никто из смертных достоверно не знал.

Первый Ракш нахохлился, продолжая рассматривать меня. Его глаз – это совершенно отдельная тема. Он не только аномально большой, он еще и светится изнутри желтым, а в нем движутся тени. Не по поверхности, а именно внутри.

– Опиши свои возможности, – после долгого молчания родил он.

– Нацело перечислить мои характеристики невозможно. Я – не демон, я – человек!

По-моему, до него дошло. Это вызывало уважение, учитывая, что последние три тысячи лет он общался в основном с себе подобными. Ракш чуть слышно щелкнул:

– Забыл. Ты не часть Слияния и не слышишь смыслов.

Он пришел к выводу, что разговор займет больше времени, и принял более удобную, расслабленную позу. В смысле – удобную для себя. Он поджал лапы, сократив их вдвое, упер в землю немного неуклюже торчавшие кончики крыльев (целиком они не складывались) и развернул голову так, что глаз теперь смотрел вниз. Такая милая помесь горгульи и торшера.

– Пропал наш брат, Пятый. Ты должен найти и освободить его.

– Недостаточно информации, – выдохнул я.

Ракш с минуту задумчиво смотрел на меня, потом сообщил:

– Нас семеро, мы семья, но мы не похожи друг на друга. Функцией Пятого было любопытство. Он исследовал мир в поисках ответов. Однажды он улетел и не вернулся, это было полторы тысячи лет назад. Мы не чувствуем его, не можем сказать, где он, но подозреваем: вскоре после его исчезновения с нами вышел на связь маг, он потребовал остановить движение Границы в юго-восточном регионе под угрозой насилия над Пятым.

Я не стал задавать глупые вопросы типа «да что ему будет-то?». Первый Ракш, как и любая тварь, не мог идти против своей природы, а она заключалась в том, чтобы заботиться о братьях, вне зависимости от того, что все они были бессмертны и неуничтожимы. На этом его и поймали – он не мог своим действием причинить брату вред, даже теоретически.