Разрушители

Другого эпитета для позы повелителя Шоканги у Ребенгена не было, он вообще мог по пальцам пересчитать случаи, когда видел Бастиана расслабленным и умиротворенным. Сейчас, несмотря на желание Лорда выглядеть дружелюбно, его рука стискивала подлокотник кресла до белизны в костяшках.

– Привет! – улыбнулся Гэбриэл.

Ребенген коротко поклонился:

– Добрый день! Хочу представить вам моего коллегу. Милорды, это Абенадан Першин. Мэтр Першин – Великий Лорд Бастиан Шоканги, Великий Лорд Гэбриэл Шоканги. С Лордом Гэбриэлом вы сегодня уже виделись.

Представленный маг кивнул и начал краснеть, должно быть, свое полное имя он произносил вслух нечасто. Повелитель Шоканги успел скользнуть взглядом по убогому одеянию Першина, сделал для себя какие-то выводы, но оглашать их пока не стал.

– Оставим формальности! – предложил Бастиан тем тоном, которым обычно сообщают: «Спасаться поздно». – Присаживайтесь, господа.

– Спасибо. – На всякий случай Ребенген выбрал место ближе к повелителю Шоканги. Нет, он был далек от мысли, что сможет остановить Лорда, но кресла стояли слишком уж тесно, а Першин и без того выглядел довольно… гм… взвинченным.

Мажордом наполнил чашки ароматным напитком и, не проронив ни слова, вышел. Гэбриэл немедленно завладел булочкой. Ребенген повозился, устраиваясь поудобней – на месте обнаружилась маленькая и почти безобидная подлость: все четыре кресла были одинаковыми, то есть рассчитанными на человека с телосложением Великого Лорда. В качестве милости к креслу прилагалась скамеечка для ног и подушечка под спину, наверное, чтобы у гостей не оставалось сомнений – хозяин знал, что делал. С другой стороны, будь кресла разные, положение было бы еще более двусмысленным.

Чаепитие обещало быть… напряженным.

Молодой Лорд занимался именно тем, для чего обычно садятся за стол, – ел. Першин продолжал дуться и краснеть.

– Попробуйте крендельки, уважаемый, очень вкусно! – посоветовал магу юноша.

Першин уставился на выпечку, как на блюдо с живыми лягушками.

На лице повелителя Шоканги появилась сардоническая улыбка. Ребенген понял, что сейчас Лорд скажет что-то такое, после чего Першину останется только удавиться, и решился отвлечь внимание на себя.

– Надеюсь, вы не приняли сегодняшний инцидент близко к сердцу? – бесцеремонно начал он.

Бастиан прищурился на чародея:

– При чем же тут сердце? Я, помнится, уже говорил, что с подобными шутками надо заканчивать. И я намерен покончить с ними, так или иначе!

Ребенген закатил глаза:

– Я тебя умоляю! Все и так уже запуганы до одури. Глава Целителей лежит с нервным срывом, а кризису с доппельгангерами конца не видно.