Она разрушила нашу семью

Но сегодня утром я, например, ограничила доступ к нашей с Яриком и Вовкой страничке. Вряд ли этот самый владелец магазинов будет рад сотрудничеству с таким блогером, как я.

– Варюш, послушай… Я сейчас не в самой лучшей форме, – ответила, внутренне коря себя за то, что отказываюсь от предложения, которое могло обеспечить и меня, и мальчишек приличным доходом.

Закусив нижнюю губу, я посмотрела на Панову, ныне Никонову, которая, хмурясь, взирала на меня в ответ. Злость, которую можно было обозвать словом «спортивная», пробежала по венам. Я же обещала себе, что ни Лида, ни предательство Арса не смогут меня сломить. Так какого чёрта сейчас сдаюсь?

– Но… ты знаешь, дай ему мой номер телефона. Пусть позвонит и мы всё обсудим.

– Вот и круто! – Варя просияла. – А вообще можем встретиться впятером – ты с мужем, Борис и мы с Викентием. М?

Снова по нутру полоснуло ощущением, что всё это подстава. Я даже поймала себя на том, что едва ли не озираюсь, рассчитывая увидеть рядом Лиду. Но ведь так не могло больше продолжаться!

– Мужа моего точно не будет – он сейчас… очень занят. Но в остальном – идея хорошая, мне нравится.

Растянув губы в улыбке и заверив себя, что от одной деловой встречи уж точно ничего не случится, я сказала Варе:

– Записывай мой новый номер. Созвонимся и договоримся.

Никонова с готовностью достала мобильник и быстро внесла мои контакты в записную книжку. Перебросившись ещё парой слов, мы с Варей разошлись. И я отправилась на шопинг, чтобы хоть немного прийти в себя и отвлечься.

Мысль о том, что, возможно, стоило и впрямь взять с собой Курилова, чтобы в случае чего обезопасить себя, возникала не единожды. Но я гнала от себя прочь эти дурацкие подозрения. Во-первых, добраться до моих старых дружеских контактов и что-то учудить Лида вряд ли могла. Во-вторых, демонизировать эту женщину – означало придавать ей значимости собственными руками. Ну и, в-третьих, мне нужно было продолжать жить без наличия Арсения в своём привычном укладе. И не бегать от людей, от которых я не видела и миллионной доли того, что за короткий промежуток времени сотворила даже не Лида.

А самый мой близкий человек.

* * *– Папочка.

Бескровные тонкие губы разлепились, на них появилось слабое подобие улыбки. У Курилова сердце замерло, после чего застучало так сильно, что казалось, будто этот звук отдаётся в ушах.

– Привет, Никусь. Ну и напугала ты меня, – покачал он головой, ощущая себя совершенно беспомощным.

Потому что сегодня пришли результаты анализов – он тоже не подходил на роль донора для дочери. Чёрт, ну разве так могло быть? Тот способ, который мог излечить Нику, не мог состояться по причине того, что им было попросту не отыскать донора!

– Мне уже лучше, – заверила дочь, но Курилов видел – она храбрится изо всех сил.