Разрушенный дворец

– Почему?

– Что почему? – На лице Стива читается недоумение.

– Почему ты забрал меня с уроков?

– Потому что ты не сможешь прятаться за спиной Берингера, как прячешься за Каллумом и его мальчишками.

Я не могу скрыть своего удивления – оно отражается у меня на лице. А Стив оказывается достаточно проницательным, чтобы это заметить.

Он улыбается.

– Думала, я не замечаю, что ты избегаешь меня?

– Я тебя не знаю.

И мне страшно. Сейчас происходит так много всего, что я не в силах это контролировать. Я привыкла держать все в своих руках. Сколько себя помню, мама доверяла мне оплату счетов, закупку продуктов и я сама собиралась в школу.

– Именно поэтому я и забираю тебя на целый день. Поехали.

По выражению его лица я понимаю, что спорить бесполезно.

Как это похоже на меня, с потрясением понимаю я. У моей мамы был мягкий характер. Выходит, что отец – ее полная противоположность.

Я выхожу из школы вслед за Стивом, чувствуя, что мне никак от него не отделаться. У тротуара стоит низкая спортивная машина, ее кузов – сплошные изгибы. Я никогда не видела ничего подобного. А вот цвет мне знаком. Точно такой оттенок, как у моего кабриолета, – запатентованный тон «королевский синий», если верить Каллуму.

Наверное, мое изумление написано у меня на лице, потому что Стив говорит:

– «Бугатти кайрон».

– Не понимаю, что ты сейчас сказал, – сухо говорю я. – Звучит как название спагетти.

Усмехнувшись, Стив открывает мне дверь.

– Это немецкая машина. – Он проводит рукой по крыше кузова. – Лучшая в мире.

Если он даже все это выдумал, я никогда не узнаю. Машины не входят в круг моих интересов. Мне нравится независимость, которую получаешь, когда у тебя есть собственная тачка, но даже я понимаю, что эта машина – нечто особенное. Кожа в салоне нежная, как попка младенца, а приборы сделаны из блестящего металла."

"– Это космический корабль или машина? – спрашиваю я, когда Стив усаживается на сиденье водителя.

– Может, и то и другое. Она разгоняется до девяноста километров меньше чем за две с половиной секунды, а ее максимальная скорость – четыреста двадцать километров в час. – Он задорно мне улыбается. – Ты из тех редких барышень, которые увлекаются машинами?

– Мне обидно за мой пол. Готова поспорить, здесь найдется много фанаток автомобилей. – Я пристегиваюсь ремнем безопасности и нехотя улыбаюсь ему в ответ. – Хотя я к ним не отношусь.

– А жаль. Я бы дал тебе порулить.

– Нет уж, спасибо. И, вообще, мне не так уж нравится водить машину.

Стив смотрит на меня с притворным изумлением.

– Ты точно моя дочь?

Не уверена.

Но вслух отвечаю:

– Так говорит анализ ДНК.

– Что есть, то есть, – бормочет он.

Между нами повисает неловкая пауза. Я это ненавижу.