Разрушенный дворец

– А как это случилось?

Я до сих пор не могу понять, как крабу удалось выпрыгнуть из ведра на колени Гиду, но его полный боли крик заставил всех морских чаек в радиусе километра в ужасе улететь.

– Понятия не имею. Может, Сэв знает магию вуду и вонзила булавку в его куклу. – Одной рукой Ист держится за живот, а второй вытирает слезы.

– Тогда они еще только начали встречаться.

– Он всегда вел себя с ней как последний козел.

– Что правда, то правда.

Я никогда не понимал пару Гида и Сэв, но их отношения развивались весьма захватывающе. Не стану винить девчонку за то, что она так враждебно настроена к нам.

– Значит, Уэйд и Вэл снова вместе? – с любопытством спрашивает Ист.

– Ну это тебе пришлось заказывать себе отдельный номер в пятницу вечером, поэтому лучше ты мне скажи.

– Думаю, они вместе.

– А почему ты спрашиваешь? Хочешь попытать счастья с Вэл?

Брат качает головой.

– Нет, я положил глаз на другую.

– Да? – Меня удивил его ответ, потому что Ист, кажется, никогда не остепенится. Такое ощущение, что он хочет перетрахать всех девчонок Астора. – И кто это?

Истон пожимает плечами, притворяясь, что увлечен своим смузи.

– Даже и намека не дашь?

– Я пока сомневаюсь в своих шансах.

Его необычайная скрытность лишь усиливает мой интерес.

– Ты же Истон Ройал. У тебя всегда есть шансы.

– Как ни странно, не все разделяют твою теорию. Они, конечно, ошибаются, но что поделать? – Ухмыльнувшись мне, он залпом допивает свой напиток.

– Я натравлю на тебя Эллу. Ты не устоишь против нее.

Он фыркает.

– Ты – тем более.

– А кто бы стал сопротивляться?

Какой бы остроумный ответ Ист ни приготовился сказать, его прерывает появившийся в дверях отец.

– Привет, пап. – Я поднимаю свою бутылку со смузи. – Мы как раз завтракаем…

Но я осекаюсь в своем радостном приветствии, когда замечаю его мрачное лицо.

– Что случилось?

– Здесь Хальстон, и он хочет поговорить с тобой. Сейчас же.

В воскресенье утром? Вот дерьмо!

Я даже не смотрю на Иста, который наверняка хмурится. Придав лицу непроницаемое выражение, я прохожу мимо папы, который отходит в сторону, чтобы пропустить меня.

– Что же все-таки случилось?

Я бы предпочел узнать, с чем мне предстоит иметь дело, но папа лишь качает головой.

– Не знаю. Но, что бы там ни было, мы с этим разберемся.

Значит, Гриер ничего ему не сказал. Замечательно.

Когда мы входим в кабинет, адвокат уже сидит на диване. Перед ним лежит высокая стопка бумаг.

– Здравствуй, сынок, – говорит он.

Сегодня воскресенье, и Гриер не в церкви. Это первый плохой знак. В местную церковь ходят все без исключения, кроме Ройалов. Когда мама была жива, мы не пропускали ни одной воскресной службы. Но, после того как мы похоронили ее, папа никогда больше не заставлял нас ходить туда.