Карт-Хадашт не должен быть разрушен!

И, как мне сказал Хаспар, мы одержали победу в битве, но в следующий раз нумидийцев придет намного больше, и оставшиеся неполные две сотни казаков, многие из которых были к тому же ранены, не смогут удержать рубеж. Так что нам предстояло подготовиться ко второму штурму.

Для этого послали в Карт-Хадашт за дополнительными людьми, ведь в очереди на зачисление в казаки были еще более трехсот человек, может, не так хорошо подготовленных, но здесь было «не до жиру, быть бы живу». Ведь от Нумидии нас отделяла небольшая, но быстрая река Саррат, и единственным хорошим местом для переправы был брод к западу от Замы. И если через него перейдет крупная масса нумидийской конницы, то шансов даже у «каазаким» будет не так чтобы много.

Так что после после короткой передышки нам предстояла дорога к этому броду, чтобы ударить по нумидийцам сабельным ударом, как только они попытаются форсировать реку. Ведь, как пел Розенбаум, «только шашка казаку во степи подруга».

Глава 4

И как один прольем кровь молодую

1. Путешествие в Алжир. Точнее, в НумидиюЧерез четыре дня пришли подкрепления из Карт-Хадашта. Теперь казаков было номинально около полутысячи, хотя большинство из них не имели необходимой выучки. Но все лучше, чем ничего. А еще в наш отряд влились около трехсот жителей Замы – большинство в качестве пехоты. Конечно, эти были еще хуже подготовлены, но опять же, подумал я, имеем то, что имеем.

Я же все это время руководил медицинской командой. Двадцать девять наших и более двух сотен солдат городского гарнизона погибли, а шестнадцать казаков и около сотни местных были тяжело ранены. Пришлось вспоминать то, чему когда-то учила меня мама: обрабатывать и зашивать раны, ставить дренаж… Жаль, не было антибиотиков или почти не было: двоих мы спасли с помощью того, что нашлось в аптечках.

А прямо перед тем, как мы собрались выходить из Замы, через пограничную реку прибыли двое нумидийцев с черным бунчуком – символом переговоров. И мы с Хаспаром встретили их у ворот. Главный из них был лет пятидесяти, с лицом, как будто вырубленным топором. Но заговорил другой, помоложе, неуловимо похожий на первого, но с более тонкими чертами лица.

Мы ожидали всего, чего угодно: наглых требований, оскорблений, запугивания. Но тот лишь поклонился и произнес на неплохом пуническом:

– Наш великий царь Массинисса хотел бы видеть у себя руси по имени Никола.

– Это я. И зачем мне это?

– Он восторгается твоим мужеством и мужеством твоих людей и хотел бы с тобой поговорить.

Подумав секунду, я кивнул, несмотря на обалдевший взгляд Хаспара.

– Хорошо, я поеду к вам. Но имейте в виду, если меня убьют…

– Меня зовут Гулусса, – сказал главный. – Я сын царя Массиниссы. Я останусь здесь заложником на время переговоров. А тебя поведет мой племянник Адхербал.