Разреши мне любить

Худенькое плечо, тонкая, обнимающая подушку, рука и копна кудряшек, которые хочется трогать и нюхать до трясучки.

Она вернулась и снова уложила меня на лопатки.

Мне физически плохо от мысли, что мы с ней еще ни раз будем отматывать назад и окунаться в то дерьмо снова и снова. Я чувствую, что знаю еще не все, но и того, что она уже рассказала, мне переваривать не месяц и не два. Какая-то уж очень мрачная картина вырисовывается.

Не сдержавшись, я протягиваю руку и подцепляю прядь двумя пальцами. А затем, перекатившись на бок, подношу ее к носу. Затягиваюсь ароматом как наркоман.

Варька резко вздрагивает, отрывает голову от подушки и оборачивается. В глазищах такой страх, что мои волосы дыбом встают.

– Что?..

Она хватает кислород губами и быстро осматривает меня всего. Бледная как простынь.

– Испугалась просто.

– Чего?

– Сон страшный… – лепечет неразборчиво, – Я подумала, ты ушел.

Ложится на спину и сгибает ногу в колене. Одеяло соскальзывает вниз, обнажая бедро и острую коленку. Я пялюсь как зеленый пацан, ни разу тела женского не видевший. Знаю, что реакция идет из подсознания, для которого она навсегда намбер ван.

Несколько раз резко вытолкнув воздух из легких, смотрит на меня.

– Почему не спишь?

Как спать рядом с ней, когда моя сердечная мышца тарахтит и дергается за ребрами как старый неисправный движок? Рискуя вскрыть вены, выбрасывает кровь неравномерными толчками.

– Не спится.

– Думаешь? О чем?.. – спрашивает шепотом и, не сводя глаз с моего лица, переворачивается на бок и двигается ближе ко мне.

Настолько, что я чувствую кожей ее теплое дыхание и вижу трепещущие пушистые ресницы.

Не хочу еще одного погружения, потому что выяснять с Варькой отношения, это все равно, что жевать и глотать гвозди. На сегодня довольно.

– Ни о чем, – отвечаю, ныряя рукой под ее копну и обхватывая затылок.

Она прижимается лицом к моему плечу и затихает. Не знаю, о чем думает сама, но мои собственные мысли путаются – разговаривать разговоры не дает стояк с Эйфелеву башню. Я хочу ее еще.

Положив ладонь на талию, завожу ее назад и ощупываю ягодицы. Теплая гладкая плоть и запах ее волос на рецепторах взрывают сознание. Все таки моя. Послушная, податливая, согласная на все.

Изменив маршрут движения и область интересов моей руки, ныряю ею между нами и поддеваю левую Варькину ногу.

– Согни в колене.

Делает, как велю и упирается в меня ступней, но при этом чувствую, как тут же зажимается. Рвано часто дышит.

– Расслабься.

Кивает.

Веду кистью по внутренней поверхности ее бедра, ребром ладони касаюсь промежности. Белье горячее, влажное.

Варя как оголенный провод – сильно вздрагивает от каждого контакта. Не понимаю ее реакции.

– Неприятно?.."

"– Приятно, – отвечает сразу, – Непривычно.